Справочник автора/Бронетехника/Вторая Мировая война

Это подстатья к статье «Справочник автора/Бронетехника». Навигационные шаблоны и категории здесь не нужны.

Общее

За время Второй мировой танки (и не только они) изменились до неузнаваемости.

В 1939 основу бронесил ВСЕХ стран составляли легкие танки, где-то «разбавленные» средними и тяжелыми. Самоходок почти не было. О методах применения танков шли споры, единого мнения не было.

К 1945 основу составляли средние с прибавкой тяжелых. Самоходки — чуть не половина парка. Как танкам действовать — сначала показали Гудериан сотоварищи, а потом — Катуков с Рыбалко и Ротмистровым, а также Паттон с Брэдли. Вопросов не осталось.

Парадокс: практически всю войну та сторона, которая имела более совершенные (по формальным ТТХ) танки — терпела поражения. Единственное объяснение — новые, более совершенные танки всегда «сырые» и плохо освоены экипажами. А чаще просто не в них дело. Дело во внятной тактической роли, способности промышленности быстро клеить танчики, способности танкистов нормально с ними управляться и возможностей логистики. Для примера — на начало войны у СССР были самые крутые танки. Большая часть были потеряны из-за неразвитости ремонта и обеспечения (танк без ремонта, соляры и снарядов много не навоюет). На конец войны у немцев были очень крутые танки, но мало — пусть и с большими потерями (вспоминаем аннотацию к «Fury», где говорилось что за один немецкий американцы платили тремя-четырьмя своими), но их давили числом. Доходило до смешного: японские танки (объективно бывшие говном) давили числом не китайские танки (какие ещё китайские танки?), а китайские солдаты, и да — японский танк (бывший тем ещё говном) было вполне реально заковырять штыком (потому что на японских танках не было оптики — только смотровые щели). Короче, если промышленность надорвётся (а при длительной войне она надрывается) — техническое совершенство танка вас не спасёт. Запомните эту мысль, ибо она важна для понимания, почему при определенных условиях тойота хайлакс лучше танка, и в каких условиях данная парадигма работать не будет. И — если надумаете блицкриг — заготовьте заранее запасы танчиков, запчастей, горючки, снарядов/патронов и танкистов. В тот момент, когда вы израсходовали половину, а победы ещё не видно — блицкриг провалился, время переходить с убертанков на шайтан-арбы при поддержке того, что осталось, и готовиться к затяжному махачу на истощение. А если вам выпала нелёгая обороняться от блицкрига — забудьте о танчиках и клепайте ПТО, нехай сливают свой высокотехнологичный и дорогой металлопрокат в канавы, прокопанные стройбатом. Тогда блицкриг не удастся, и половина победы считай уже в кармане. Вот тогда можно и задуматься о поклейке танчиков, дабы вышвырнуть супостатов.

Примерная классификация

Здесь следует заметить, что классификация советских танков была привязана к железным дорогам и мостам, а потому их проще было таскать с места на место, и быстро. Ну, по крайней мере, даже тупому танкисту было легко понять, можно ли заезжать на мост, или лучше подождать пока более серьёзную переправу наладят.

• Танки:
  • Лёгкий (до 20 т — советская классификация, германская — с пушкой калибром 20 мм).
  • ''Средний (до 40 т — советская классификация, германская — с пушкой калибром 37-50 мм).
  • Тяжёлый (до 60 т — советская классификация, германская — с пушкой калибром 75 мм и более).
• Самоходные артиллерийские установки (САУ):
  • Самоходная гаубица — самоходка для работы с закрытых позиций.
  • Штурмовое орудие — САУ непосредственной поддержки пехоты в бою.
  • Противотанковая САУ — САУ предназначенные для охоты на вражеские танки.
  • Осадное орудие — против наиболее мощных ДОТов.
• Редкие машины:
  • Огнемётный танк — в большинстве таких танков, огнемёт ставился вместо пушки, либо вовсе огнемёт ставили на бронетехнику изначально не имеющую пушку (в том числе и на лёгкие танки со слабой бронёй). Но в советском ОТ-34 огнемёт установили на место курсового пулемёта, что оказалось настолько удачным что таких огнемётных танков выпустили свыше тысячи — чуть менее полутора тысяч. В то время как в других странах число огнемётных танков измерялось в лучшем случае сотнями, но обычно десятками по причине недостатков присущих пулемётным танкам из-за отсутствия пушки. Недостатком же ОТ-34 было, то что огнемёт стоял в самом слабом месте лобовой брони — фактически представлявшем немаленькую дырку в броне для установки курсового пулемёта, место которого занял огнемёт, и танк вместе со всем экипажем было легко уничтожить удачным попаданием по этой дырке в броне, к тому же управлял огнеметом водитель, поскольку стрелок-радист был исключен из экипажа, чтобы было куда поставить топливо для огнемета. Не говоря уже о том, что во все огнемётные танки отличались высокой пожароопасности. А как достоинство — имели большой психологический эффект на пехоту.
  • Сверхтяжёлый танк — танк свыше 60 т.
  • Самоходная мортира — разновидность осадного орудия с крупнокалиберной мортирой.
  • Плавающий танк — японский плавающий танк-катер Ка-ми. На плаву переставлял собой бронекатер с отличной мореходностью, а выйдя на берег отбрасывал нос и корму превращаясь в лёгкий танк Ха-Го. всего было построено чуть менее 200 таких танков, успевших повоевать. Ха-Го как раз и светится в большинстве фильмов о высадке японцев на китайском побережье, и именно его в основном и разбирают в рукопашную адские толпы гоминьдановских пехотинцев. Тип-89 и Чи-Ха встречаются куда реже, и в основном разбираются американскими морпехами с базуками. Вообще все японские танки можно смело выделять в особую категорию, потому что архаичная конструкция, невообразимо низкотехнолгичное производство и тотальное забивание на оптику делали их гробами на гусеницах, малопригодными для чего-либо кроме войны с китайцами, но даже те умудрялись их убивать. Дух камикадзе…

Начало войны

Польша 1939

К началу войны немцы располагали шестью танковыми, четырьмя лёгкими и четырьмя моторизованными дивизиями, а также спешно собранной из имевшихся в Восточной Пруссии войск дивизии «Кемпф», объединенными в четыре моторизованных армейских корпуса. Противопоставить этим силам поляки могли всего около десятка танковых батальонов и бронедивизионов. Как следствие, для немцев польская кампания описывалась классическим «Пришел, увидел, победил». Никакого серьезного сопротивления польская армия оказать не смогла, отдельные очаги сопротивления, типа Модлина, Хелы и Варшавы танки обходили и оставляли пехоте. Танковые дивизии прошли обкатку в боевых условиях.

• Правда нужно учитывать, что на 1 сентября 1939 года из трёх тысяч имеющихся у немцев танчиков было: 1445 Pz.I, 1223 Pz.II, 98 Pz.III, 211 Pz.IV, 196 Pz.35(t) и 78 Pz.38(t). Итого 2700 из 3000 (90 %) были «могучие» чисто пулемётные либо с 20-мм пушками «юниты» массой до 10 тонн и с 15-30 мм бронёй.
• В вермахте ещё почти полностью отсутствовали БТР.
• Безвозвратные потери вермахта в танках за кампанию составили 230 штук.

Франция 1940

К началу «битвы за Францию» ее бронесилы включали:

• FT-17 и его модификации — числилось свыше 2000, в боях принимали участие около 500.
• R-35 — легкий пехотный танк противоснарядного бронирования фирмы Renault. Короткая 37-мм пушка SA18, унаследованная ещё с FT, броня 40-45 мм (на 1935 год), скорость 20 км/ч. В конце 1939 года начал комплектоваться пушкой SA38 с более длинным стволом, но в отличие от «Гоча», более мощный двигатель на него не ставился, ибо «нечего пехотному танку гонять». Радиостанции не устанавливались на танках вообще, но единичные танки оснащались ими кустарно (то же касается и H-35/39). В мае 1940 года появилась модификация R-40 с многокаточной рессорной ходовой по образцу B1, но это особо ничего не поменяло. Построено около 1700, из которых 130 R-40.
• H-35 — разнояйцевый близнец предыдущего танка от фирмы Hotchkiss, очень похожий как внешне, так и по характеристикам. Провалил попытку стать основным танком пехоты, но полюбился кавалерии, где заменил различный хлам вроде AMR-33/35. В 1938 претерпел модернизацию до H-39, получив более мощный двигатель, а в конце 1939 года — пушку SA38 с более длинным стволом. Построено 1100, из которых 400 H-35 и 700 H-39.
• FCM-36 — аналог вышеперечисленных, его производитель «Форж и Шантье» пытался внедрить в танкостроение ряд достижений из области судостроения (наклонные бронелисты, сварная броня, дизельный двигатель), но танк имел ряд архаичных ТТХ вида «улучшенный FT», а прогрессивные достижения себя не оправдывали: танк создавал логистические проблемы, будучи единственным французским дизельным танком, а сварная броня имела свойство трескаться как от вражеских попаданий, так и просто так, что помешало поставить более длинную пушку SA38, которую получили его вышеназванные собратья. Построено 100.
• S-35 — средний танк, считавшийся кавалерийским но при этом имевший противоснарядную броню (50 мм башня, 36 корпус). По скорости (37 км/ч) практически не уступал немецкой «тройке». Наверное, лучший танк Франции. Недостатки — одноместная башня, плохой обзор. Но хуже всего было с тактикой применения. С 1935 г. построено свыше 400, в боях 1940 принимали участие около 300.
• Char B1 — тяжелый пехотный танк. Броня 60 мм, 2 пушки (75-мм в корпусе и 47-мм в башне). Неплохая скорость для пехотного (28 км/ч). Меметичен невероятно долгим периодом разработки (с 1921 по 1934 года), управленческим хаосом в его ходе (его разработку поручили сразу 5 разным фирмам и не назначили ответственную), являл кошмар производственного ада — ТЗ меняли четыре раза и масса с первоначальных 19 тонн достигла аж 32-х, вдвое нарастили и броню и мощность движка, разработали и внедрили уйму сложных и бессмысленных вещей — так как главный калибр пихнули в корпус, внедрили очень сложный и многоступенчатый поворотный механизм для всего танка для наводки ее на цель, потом ещё к нему очень сложный механизм для горизонтальной наводки. Эти чудеса кибернетики какой-то запредельной мощью и точностью 75-мм окурка не оправдывались, столь же чудесатая и технологически продвинутая башня вмещала на редкость неудачное 47-мм орудие. Вы думаете каким чудесным образом они выдерживая по 50-100 попаданий 37-105 мм снарядов не могли нанести значимого ущерба врагу ? Даже Гудериан, помнится, писа́л, как лично пытался такую машинку подбить. Облом-с. Более умные, чем он танкисты и пехотинцы быстро нашли его слабое место — спокойно стреляли по гусеницам, зная что так его 75-мм орудие становится бесполезным, а 47-мм орудие не имеет осколочно-фугасных снарядов. Построено 365, в боях участвовало около 300.
• D1 — по сути, представлял развитие на тему FT, но с улучшением бронирования и вооружения. Построено 160. Первый серийный танк традиционной компоновки с экипажем из трех человек (добавили радиста). Первые пять лет своего существования ездили с башнями FT, поскольку разработка собственной башни затянулась.
• D2 — D1 с дальнейшим улучшением брони и вооружения. На таком (и не без успеха) воевал полковник Шарль де Голль, человек и аэропорт/авианосец. Построено 100. По параметрами близок к S-35 (является его пехотным эквивалентом), оба танка также использовали одинаковые башни.
• AMR-33 и AMR-35 — легкие пулеметные танки, использовавшиеся в разведывательных и кавалерийских частях. Броня 10-15 мм, вооружены 7,5-мм или 13,2-мм (часть AMR-35) пулеметом. На шасси AMR-35 было построено небольшое количество машин связи и ПТ-САУ. Построено 120 AMR-33 и 200 AMR-35.
• AMC-35 — лёгкий «основной кавалерийский» танк с 47-мм пушкой, являющийся результатом утяжеления AMR-35. В силу различных обстоятельств в производство пошел в самом конце 1939, построен тиражом в чуть менее 50 экземпляров и ни на что не повлиял. «Известен» тем, что являлся единственным французским танков с двухместной башней.
• Panhard-178 — разведывательный броневик. 25-мм пушка и пулемет, формула 4х4, скорость 70 км/ч, броня до 20 мм. Выпущено свыше 500.

Французские танки отличала отличная броня, крайне продуманная технология производства. Но это обесценивалось их «слепотой», крайне малыми экипажами в 2-3 человека и весьма неэффективным вооружением (37-47 мм орудия из-за короткоствольности и отсутствия нормальных осколочно-фугасных снарядов были неэффективны как против танков, так и против пехоты). Французские инженеры на вырез под башню в броне смотрели исключительно как необходимое зло и всячески норовили уменьшить его диаметр, в итоге французские танки имели крайне малые и тесные башни куда еле-еле влезал один человек выполнявший обязанности наводчика, заряжающего и командира танка. Немцы сочли это настолько тяжелым недостатком, что из двух тысяч совершенно исправных трофейных танков ни одного не приняли на вооружение по прямому назначению (трофейные машины переделывали в самоходки различного назначения, огнеметные танки, артиллерийские тягачи, либо использовали для вооружения бронепоездов, часть танков все-таки получила немецкие радиостанции и командирские башенки^ТМ, после чего использовалась в тыловых и оккупационных частях, либо была передана союзникам Рейха)

Британия, как водится, прислала экспедиционный корпус во Францию, в том числе:

• Матильда — I — пехотный танк, 1936 (1 пулемет, броня 60 мм, и 1-скоростная КПП) — в эксп. корпусе около 70.
• Матильда — II — 1937, 1 2-фунтовая пушка, броня до 78 мм. Во Франции 23 шт.
• Mk VI — малый разведывательный танк, 1 крупнокалиберный и 1 обычный пулемет. Во Франции свыше 300 ед.
• Cruiser Mk I—IV — серия кавалерийских танков, 2-фунтовая пушка, скорость до 50 км/ч (у Mk IV. Броня 15-20 мм. Существовало два основных семейства — Mk I и Mk II с невысокой мобильностью и рессорной ходовой, ведущие свой род от средних танков 20-х годов и скоростные Mk III с Mk IV, произошедшие от танка Кристи. Начиная с пятой модели «Крузера» получили имена собственные, все из них начинались на C: Covenanter, Crusader, Cavalier, Centaur, Cromwell, Challenger, Comet. Во Франции до 150 ед.

Союзники имели полуторное превосходство в танках над Германией:

• Франция и Англия: ~4500 танков, в том числе 300 S-35, 300 B1 + 77 «Матильд I» и 23 «Матильд II», остальные легкие.
• Германия: ~3000, в том числе около 700 PzIII и PzIV, остальные легкие PzI, PzII, либо чешские 35(t)/38(t).

Однако немецкие войска были гораздо лучше организованы: на май 1940 года немцы имели 10 пусть и несколько разномастных, но слаженных и отмобилизованных танковых дивизий и четыре моторизованных дивизии, сведенных на этот раз в полноценную танковую группу. Французы же большую часть танков распределили по отдельным батальонам и раскидали по пехотным и кавалерийским дивизиям, сформировав всего три DLM (легкие механизированные дивизии) и столько же DCR (кирасирские дивизии резерва), располагавшие сравнимым с немецкими дивизиями количеством танков, но практически лишенные пехотной поддержки. Как следствие — французы, пользуясь техническим превосходством своих S-35, смоли нанести несколько чувствительных контрударов, но каждый раз останавливались либо перед пехотными заслонами, либо перед приданными немецким танкистам 88-мм зенитками. Но главное — чем могли помочь какие угодно танки, если французы просто не хотели воевать?… (Точнее их правительство пришло к выводу, что немедленная капитуляция Франции принесёт ей меньше жертв, чем война на истребление с Германией. Так как сочли, что Англия не планирует оказания столь же масштабной помощи как в ПМВ, Восточного фронта больше не было, а США вошли бы в войну не ранее полного обескровливания Франции и на кабальных условиях).

СССР 1941

Всего в Вермахте было 5600 танков и САУ, на Востоке же были:

• В семнадцати танковых дивизиях, реализовавших план «Барбаросса» — 3502 штуки, из них 336 Pz.Kpfw. I, 757 Pz.Kpfw. II, 966 Pz.Kpfw. III, 439 Pz.Kpfw. IV, 780 Pz.Kpfw. 35(t)+Pz.Kpfw 38(t), а также 224 командирских танка.
  • 250 Stug.III — самоходные орудия относились не к танковым войскам, а к артиллерии и входили в отдельные батальоны (18 машин), придававшиеся по необходимости пехоте.
  • Две сотни истребителей танков 4,7 cm Pak(t) auf Pz.Kpfw. I Ausf.B (Sd.Kfz. 101) ohne Turm и 4,7 cm Pak(t) auf Fahrgestell Pz.Kpfw. 35 Renault 731(f) — чешские противотанковые пушки на шасси Pz.Kpfw. I или французского танка R-35, также относились к артиллерии и объединялись в батальоны истребителей танков по 18-27 машин
  • 309 танков в пяти отдельных танковых батальонах со специальными танками (огнемётными, например).
  • Незначительное количество (всего 38 таких машин было конвертировано из б/ушных Pz.Kpfw. I) 15 cm s.I.G.33 auf Pz.Kpfw. I Ausf.B (Sd.Kfz. 101) ohne Aufbau — тяжелых пехотных орудий sIG-33 на шасси Pz.Kpfw. I Ausf.B, приданных мотопехотным полкам танковых дивизий.
• Изменение организации танковых войск вермахта: По опыту боёв в Польше и Франции вермахт сделал вывод о том, что в их танковых дивизиях излишне много танков (командиры дивизий не могли эффективно управлять всей этой армадой), недостаточно мотопехоты, недостаток огневой мощи как артиллерии так и танков и о слабости ремонтных служб. В итоге:
  • В танковой дивизии оставался только один танковый полк двухбатальонного (основная масса дивизий) либо трехбатальонного (дивизии на чешских танках, две свежесформированных дивизии и одна кадровая дивизия, получившая батальон танков со шнорхелями)
  • Был введён второй мотопехотный полк и в танковой дивизии вместо двух мотопехотных батальонов и одного-двух мотоциклетных стало четыре мотопехотных. Мотоциклетные батальоны ушли на уровень дивизии. С увеличением числа БТР предполагалось пересадить на них как минимум один полк мотопехоты, но к 1941 году ими удалось оснастить в среднем только одну роту (батальонные комплекты БТР имели только 1-я и 10-я дивизии (два и один батальон на БТР соответственно)) на дивизию.
  • Были приняты на вооружение 50-мм противотанковые орудия 5 cm Pak.38.
  • В артиллерийском полку и в мотопехотных подразделениях было увеличено число артиллерии.
  • Большая часть танковых и некоторые моторизованные дивизии получили армейские роты (батареи) ПВО 12 зенитных самоходок с 20-мм автоматами или восемь таких машин и два «флакфирлинга» (счетверенных автомата). Кроме того, корпусам и дивизиям придавались моторизованные зенитные части люфтваффе, в том числе и с 88-мм орудиями.
  • Уже в структурах, начиная с танковой и мотопехотной роты были сформированы ремонтные отделения Kfz.Instandsetzungsgruppe с двумя тягачами-эвакуаторами и собственным грузовиком-техничкой, что не было излишеством — в батальонах было 3-5 разных типов танков и ремонтный задел одной роты был бесполезен для другой.
  • Увеличилось число мотопехотных дивизий: если в 1939-40 их было четыре, то к лету 1941 в вермахте стало уже 10 мотопехотных дивизий и отдельный полк «Гроссдойчланд», еще три мотодивизии и одну бригаду сформировали из частей СС.

Изменились и технические характеристики танков — с июня 1940 года Pz.III оснащались новой 50-мм пушкой, технически способной пробивать 55-мм броню с полукилометра, старые 37-мм пушки также получили подкалиберные бронебойные снаряды, кроме того, на модификациях «тройки» начиная с H и J была усилена лобовая и бортовая броня. Усилили лобовую броню также на Pz.IV и части Pz.38(t).

• Основной тактической единицей был танковый батальон трех- или четырёхротного состава: два командирских (для удобства размещения командира вся «боевая» начинка из танка удалялась, пушка заменялась макетом, башня приваривалась к корпусу) и линейный Pz.III и взвод из 5 Pz.II в штабной роте батальона (аналогичный состав имела штабная рота полка), две/три роты по 5 Pz.II и 17 Pz.III и рота с 5 Pz.II и 10 Pz.IV (по штату — 14, но на третьи взводы «четверок» не хватало). Всего в батальоне — 20-25 Pz.II, 35-52 Pz.III, 10 Pz.IV.
• Немецкая промышленность сорвала эти планы сначала очень долгой доводкой Pz.III, а потом срывом его поставок. Их просто не хватало для замены лёгких танков — поставлено 1000, вместо нужных для укомплектования 43 танковых батальонов 2200 единиц. Разницу пришлось восполнять буквально всем, что было на вооружении вермахта — на Pz.III с 50-мм орудиями полностью перевооружили только пять танковых дивизий (из них две пошли в бой только под Москвой), а в прочих пришлось оставить его версию с 37-мм орудием, либо вооружать их Pz.38(t) с тем же вооружением. Вдобавок выяснилось, что новую танковую пушку 5 cm KwK-39 нельзя поставить в башню Pz.III без значительных переделок как башни так и орудия, и танкистам пришлось согласиться на орудие 5 cm KwK 38 L/42 с длиной ствола в 42 калибра. Сама же 5 cm KwK-39 была отправлена на испытания только в августе 1941, а в массовое производство пошла под новый год.
• Pz.II не хватало тоже, и поневоле их приходилось заменять на Pz.I.
• В танковых дивизиях вермахта образца 1941 года было два или три танковых батальона, что даёт расчётно 160 или 240 танков на дивизию (перед Барбароссой фактически было по 150—270 штук).

Что же касается союзников Германии, то их силы были не слишком значительны:

• Наиболее крупной танковой группировкой обладала Румыния: 1-я (и единственная) румынская танковая дивизия была организована по немецкому образцу и состояла из двух танковых полков, укомплектованных танками R-2 (они же чешские LT vz.35, 126 машин) и танками R-35 (французские, поставленные Румынии в 1939 или отступившие из Польши, 75 машин) соответственно, двух мотопехотных полков, разведывательного и мотоциклетного батальонов, артполка, зенитной и противотанковой рот и саперных частей. Кроме того, отдельные группы танкеток (чешских R-1 и польских TKS) имелись в распоряжении румынской кавалерии. В 1941 году основная масса румынских войск и почти все танки воевали в Бессарабии, затем участвовали в осаде Одессы, кавалеристы с танкетками в ноябре-декабре принимали участие в захвате Крыма. Под Одессой румыны понесли значительные потери в танках и до 1942 года выбыли из войны.
• Венгрия выставила против СССР «Мобильный корпус» — две моторизованных и две кавалерийских бригады, оснащенных, что интересно, преимущественно собственной техникой: всего в корпусе имелись 81 легкий танк «Толди» (масса 8 тонн, броня 13 мм, 20-мм пушка на базе ПТР «Солотурн», 8-мм пулемет), 50 бронеавтомобилей «Чаба» (6 тонн, броня 7-13 мм, та же 20-мм пушка и 1-2 пулемета) и 65 итальянских танкеток CV-33. Венгры в июле-сентябре действовали совместно с немецкими войсками, участвовали в окружении советских войск под Уманью, а осенью принимали участие в боях за Донбасс, после чего потерявший 12 тысяч человек и 90 % техники корпус отозвали домой.
• Финляндия к лету 1941 года располагала примерно сотней танков, преимущественно трофейных советских: 42 плавающих танка Т-37 и Т-38, 40 танков Т-26 и ОТ-26, 27 Т-26Е (британские шеститонные «Виккерсы», получившие советские пушки от Т-26) и два Т-28, а также тремя десятками бронеавтомобилей (также в основном советских). Все эти танки были распределены по отдельным ротам и батальонам, крупных танковых соединений финны в 1941 году не имели. Эти танки активно применялись финнами в Карелии, при этом несмотря на потери число машин даже возросло за счет трофеев (в том числе финны заполучили пару КВ и несколько Т-28 и Т-34).
• Итальянцы в поход против СССР отправили в основном пехоту, оснащенную все теми же танкетками L-3/33 (60 машин). Итальянцы, как и венгры с румынами, действовали в основном на Украине (в районе Днепропетровска и на Донбассе), большая часть танкеток была потеряна в ходе этих боев.

СССР имел около 15000 технически исправных танков, включая 1400 КВ и Т-34. Из них в Западных округах почти 11000, в том числе около 1000 Т-34/КВ. Но их количество так и не перешло в качество — в 1930—1941 было уделено очень много внимания валовому производству танков, но были почти проигнорированы вопросы их грамотного тактического применения, технического обслуживания и обучения личного состава. В результате мехкорпуса, несмотря на гигантское количество танков в составе, ни тягачами, ни ремонтно-эвакуационными машинами, ни топливозаправщиками ни даже обычными грузовиками совершенно не были обеспечены. Поэтому они оказались одноразовыми строго на одну атаку. Так что после окончания боекомплекта, заправки и любой поломки танки просто приходилось бросать, зачастую ещё очень далеко от поля боя. Принято сравнивать исключительно только танки, но даже в них превосходство было вовсе не подавляющим — 11000 в западных военных округах против не менее, чем 5000 у Германии и ее союзников (особо отбитые псевдоисторики-публицисты «высчитывают» только танки вермахта в приграничной полосе, только в немецких танковых дивизиях и дают 3000-3500 единиц и сравнивают с общим числом произведенных с 1918 года и раскиданных от Бреста и до Сахалина и находят 24000 и более). Но если сравнить например число автомобилей только в вермахте и во всем СССР на середину 1941 года — 800 тысяч против 600 тысяч или взять полугусеничные артиллерийские тягачи и БТР, которые в СССР не производились вообще, особых вопросов быть не должно, теоретически для полноценного функционирования бронетанковых подразделений на 1 танк должно приходится 10-15 единиц автотранспорта (обычных грузовиков либо спецтехники) и минимум 1 БТР с арттягачами (особо подчеркнем — обычно на них перевозится расчет оружия и он таким образом тоже БТР, но для артрасчета) — вермахт к таким пропорциям пришел в ходе довоенных маневров и имеющегося боевого опыта, а прочие страны уже в ходе войны.

Прочих причин тоже хватало:

• Организационная: в феврале 1941 было начато формирование 20 советских мехкорпусов — в добавление к 9 сформированным годом раньше. В каждом по штату 1031 танк. Для них не хватало всего:
  • техники: для укомплектования корпусов были расформированы все танковые бригады, в строй ставили любые танки, включая полуживые танкетки Т-27, и всё равно не хватало.
  • людей: танкистов взять неоткуда, переводили людей из пехоты и кавалерии, либо брали трактористов (так как тогдашнее управление танком напоминало управление трактором). А их еще учить и учить… В стране было всего 6000 (шесть тысяч) офицеров-танкистов, по штату только на мехкорпуса надо было более 20 тысяч.
  • времени: даже 9 корпусов «первой волны» не закончили формирование и полномасштабных учений не проводили. Что уж говорить про остальные 20, которые к июню даже укомплектованы не были, а обучение в лучшем случае велось на уровне экипажей.
  • ресурсов: тылы не успели перестроиться и снабжение новыми видами довольствия (дизтопливо, 76-мм снаряды) велось где как.
• Техническая: старые танки ломались от старости, новые — от «детских болезней» и неопытности экипажей. Это усугублялось никуда не годной ремонтной службой, о которой в свое время вспоминал разве что все тот же Калиновский. У немцев был похожий опыт, когда в 1938 при аншлюсе Австрии много танков поломалось на марше. Гудериан сделал выводы и усилил ремонтные службы. А у нас когда в «польском походе» 1939 возникли те же проблемы, начальство решило, что всё в порядке, а сломанные машины всегда можно отправить на завод (В Союзе ещё долго считалось, что во время наступления танки надо не чинить, а сбрасывать с дороги). В 1941 это аукнулось.
• Тактическая: довоенный Устав предусматривал для танков только один способ действий: атаку. Никаких премудростей типа засад. Буквальное следование Уставу приводило к излишним потерям. Усугубляло ситуацию наличие в частях множества бывших пехотинцев и конников. Они зачастую элементарных вещей не знали, а учить было поздно. Сюда же отнесём и отсутствие навыков взаимодействия с пехотой и артиллерией
  • Это не соответствует действительности. Как раз именно танковые засады упоминались. Но толку от этого, если из штаба фронта шли только приказа из точки А идти в точку Б.
• Стратегическая: наиболее сильные мехкорпуса — 4-й МК Власова и 6-й МК Хацкилевича — оказались в стороне от немецких ударов, в результате Власов был вынужден экстренно отступать из намечающегося котла под Львовом, а Хацкилевич — прорываться из уже замкнувшегося окружения вокруг Белостока. А против ударных групп Гота и Гудериана (соответственно 4 и 5 танковых дивизий) оказалось всего по одной танковой дивизии на устаревших Т-26.
• Командная: высокие общевойсковые командиры как правило с танками знакомы не были и зачастую ставили невыполнимые задачи: марш без времени на техосмотр и заправку, атака без поддержки пехоты и артиллерии, да еще и по болоту. Бичом танкистов было «раздёргивание» частей, когда у дивизии требовали послать 20 танков туда, 15 сюда, один полк на помощь соседу, другой — в резерв армии, а остаткам ставили задачу как полнокровной дивизии.
• Связь: радио в РККА не любили, пользоваться им не умели и не желали. Техника была громоздкой и капризной; со времён неудачного похода Ренненкампфа и Самсонова в Пруссию ходила легенда, будто немцы способны прослушивать любые радиопереговоры (шифр? не, не слышали). Даже в танковых частях кое-кто страдал «радиобоязнью», а про связь с соседями и речь не шла.
• Авиационная: красная авиация подверглась даже более тотальному разгрому, чем танкисты. Причины там свои, а для нас важен тот факт что аж до лета 1943 г. наша армия воевала в условиях превосходства авиации противника.
• Логистика: западнее линии Нарва-Псков-Полоцк-Минск-Мозырь-Житомир-Бердичев в 1940-41 шла капитальная переделка и достройка железных дорог, что затрудняло снабжение войск. В результате тылы, склады запчастей и запасы топлива оказывались не в пунктах дислокации дивизий, а на ближайших узловых станциях.
• По донесениям политкомиссаров и НКВД, бензиновые танки и бронеавтомобили вообще превратились в «бронированные бензовозы». Не следует сбрасывать со счетов, что в приграничных районах оставались семьи командного состава и партноменклатуры, а автомобильного бензина не хватало хронически. Распоряжениями мелкого начальства, а также и «личной инициативой», бензин перекачивали в «полуторки» и «эмки» — для эвакуации и тому подобных надобностей. Оставшиеся без горючего экипажи в лучшем случае могли использовать танк в качестве засады или ДОТ. Обычно же изобреталась какая-нибудь «поломка фрикциона» — и танк бросали.

В итоге в осени 1941 мехкорпуса в РККА закончились — погибли в «котлах» или сгорели в контратаках под Дубно и Смоленском. Танковые войска пришлось формировать заново:

• Сначала попытались формировать «облегченные» танковые дивизии, к концу года окончательно перешли на танковые бригады: на декабрь в действующей армии осталось 5 танковых дивизий против 47 бригад и трех десятков отдельных полков и батальонов
• Новые танковые бригады, по немецким меркам представляли ослабленный танковый батальон — тем самым была положена порочная практика нетиповых наименований танковых частей в РККА. Также как и вермахте они поневоле имели разношерстый состав из 3-5 типов танков: КВ, Т-34 и легкие Т-40/Т-30/Т-60 (на декабрь 1941 года 46 штук — 10 КВ, 16 Т-34, 20 Т-40/Т-30/Т-60). Им не полагался собственный автотранспорт и не было артиллерии вообще, на всю бригаду было только одно ремонтно-восстановительное отделение. Зачастую не было даже положенной по штату мотострелковой роты.
• Сохранившиеся Т-26 и БТ в основном остались в тыловых частях и на Дальнем Востоке — как пугало для танковых мощей японцев они вполне годились. Последний раз на фронте Т-26 массово засветились в 1942, когда в бой пошли силы долгое время остававшихся тыловыми Закавказского и Северо-Кавказского округов.
  • Впрочем, Т-26 в заметных количествах воевали (и успешно) еще и на Ленинградском фронте. Тут сработало удачное совпадение нескольких факторов: перед войной многие Т-26 модернизировали на Кировском заводе, в результате чего получался неплохо бронированный и вооруженный, но исключительно тихоходный танк. К началу войны там же большая часть этих танков и осталась, поэтому на Ленинградском фронте их оказалось сравнительно много. При этом в тылу у них был завод, который их исправно чинил, а фронт практически не двигался годами, поэтому начисто отсутствующие скоростные характеристики танков ни на что не влияли.
• Изменилась тактика действий: танки по большей части придавались в качестве усиления стрелковым дивизиям и либо укрепляли оборону, либо поддерживали наступление пехоты.

Предполагаемая перед войной линейка танков попала под угрозу:

• Проект модернизации Т-34 с переходом на торсионную подвеску, поперечное расположение двигателя, башню в центре масс, а не в передней части корпуса, усилением лобовой брони и прочими прелестями война похоронила полностью. Что еще хуже, война похоронила и планы срочного наращивания производства «тридцатьчетверок»: уже в конце лета Харьковский завод начали готовить к эвакуации на Урал и в самые ответственные месяцы битвы под Москвой производил танки только Сталинградский завод. То же самое можно сказать и о КВ — но их производство в Челябинске начали осваивать еще с начала 1941 года с прицелом на производство КВ-3 со 120-мм лобовой броней и 107-мм пушкой и перенос производства из Ленинграда в Челябинск прошел почти без снижения выпуска: только в сентябре-октябре производство снизилось с полутора сотен до сотни машин в месяц, но уже в декабре ЧКЗ выдал две сотни КВ. В Ленинграде несколько десятков КВ собрали на ЛКЗ и Металлическом заводе осенью 1941 года, дальше оставался только ремонт имевшихся в городе машин. И как итог — на 1 января 1942-го года в действующей армии числилось всего 600 штук Т-34.
• Производство легких танков столкнулось с аналогичными трудностями — ленинградский завод № 174, который должен был делать Т-50, также уехал за Урал, где в 1942 году и был перепрофилирован под Т-34. Подмосковный завод № 37, который Т-50 не осилил, занялся производством паллиативов: сначала в производство пошли упрощенные Т-40 без оборудования для плавания, затем Т-30: корпус Т-40 еще более упростили, установили в башне вместо пулемета ДШК 20-миллиметровую авиапушку ШВАК, переименованную в ТНШ-1, и отправили в бой. Но и подмосковный завод в конце осени был вынужден собирать чемоданы и уезжать в Свердловск. В этой ситуации спасением стал Горьковский автозавод, перед войной занимавшийся производством тягачей-танкеток «Комсомолец» и легких плавающих танков — в октябре-декабре завод выпустил более тысячи трехсот легких танков Т-60 — по факту тех же Т-40/Т-30 с более толстой броней и той же пушкой ТНШ. В декабре к выпуску Т-60 присоединился и мытищинско-свердловский тридцать седьмой завод, а уже в следующем году производство «шестидесяток» развернулось в полную мощь.
  • Распространенное брезгливо-пренебрежительное отношение к Т-30/40/60, ничем не оправданно. В условиях сентября-декабря 1941 года, когда как указано выше все танковые заводы либо ехали на восток, либо только-только там разворачивались и огромных трудностях с производством танков в Горьком и Сталинграде, единственной альтернативой были автомобильные заводы, где на 1941 год танк более совершенный чем Т-60 просто ФИЗИЧЕСКИ не мог производиться, а его характеристики были производной от самого мощного доступного двигателя — ГАЗ-11 в 85 л. с., но даже его производство ГАЗ чудом успел освоить перед самой войной, а альтернативы были куда хуже. Во время битвы под Москвой на 1 Т-34 стало приходится от 2 до 3-х Т-60.

Проблемы с танками возникли и у немцев — если в 1939 году танки воевали всего месяц, а в 1940 — полтора, то в 1941 панцерваффе активно действовали с июня по декабрь — 6 месяцев, причем последние два в неблагоприятных условиях подмосковной осени, и шли они к Москве не по прямой, а сворачивая то к Киеву, то к Ленинграду, и при этом участвовали в активных боях… Так что к новому 1942 году танки во многих дивизиях просто-напросто закончились

Развитие боевых действий

Северная Африка 1940-42

Наверное, это был самый человеческий ТВД в этой нечеловеческой войне. Почти нет мирного населения. Очень мало пунктов, которые надо держать «любой ценой». Начальство страшно далеко. Общие лишения в безводной пустыне заставляют видеть в противнике не только врага, но и собрата по профессии. Или по несчастью, это уж кому как.

Касаемо танков.

• Итальянцы на начальном этапе боевых действий использовали танкетки Cv33 и легкие танки М11/39 (30-мм броня, 37-мм пушка в лобовом бронелисте, башенка с парой пулеметов — этакий рахитичный B1 или M3 «Грант»), сведенные в отдельные батальоны и роты. Разумеется, такая супер-техника легко давилась и британскими «крейсерами» и легкими Mk.VI (которые сами недалеко от Pz.Kpfw. I и Т-40 ушли по ТТХ)
• В 1941 на театр военных действий прибыла первая итальянская бронетанковая дивизия «Арьете» с танками М13/40. Эти машины (броня лба 45 мм, 47-мм пушка и пулемет в башне, спарка пулеметов в лобовом бронелисте) уже более напоминали человеческие танки и, в принципе, были вполне на уровне ранних Pz.III или Pz.38(t). Но вот надежность их в условиях пустыни была ниже плинтуса.
• Семейство бронеавтомобилей AB 40, AB 41 и AB 43. 4x4, 8 тонн, c двумя постами управления в корме и носу. Весьма надёжное шасси с хорошей проходимостью и достаточным запасом хода. Модели последовательно перевооружались от чисто пулемётного вооружения до 47-мм пушки (правда AB 43, которая и должна была оснащаться 47-кой, не успела до капитуляции Италии и производилась уже немцами с 20-кой). Всё портила только отвратная итальянская броня (на практике 15 мм броня иногда пробивалась даже 7,62 мм винтовочным патроном с 50 м) и весьма непродуманная технология её крепления клёпками на хлипкий профиль в виде квадратной трубы или швеллер.
• Немцы в том же 1941 году перебросили в Африку две дивизии — 15-ю танковую (45 «двоек», 71 «тройку» и 20 «четверок») и 5-ю легкую (50 «единичек», 45 «двоек», 71 «тройку» и 20 «четверок»), впоследствии переименованную в 21-ю танковую. Этими силами, по большей части, немцы и отвоевали первый год.
• С 1942 года в Африку пошли подкрепления — новые «тройки» и «четверки» с длинными пушками (дивизии Африканского корпуса весной 1942 имели по 140—150 средних танков, больше, чем в дивизиях, нацеленных на Кавказ и Сталинград), итальянцы создали более надежный танк М-14/41 и примерно равные немецким «штурмгешютцам» первых серий самоходки «Земовенте 75/18», плюс прислали дивизию «Литторио». Еще в Африку попали танки L6/40, но эти несчастные машинки уровня Т-60 или Pz.II явно опоздали родиться.
• После поражения у Эль-Аламейна осенью 1942 и высадки американце в Алжире в Африку прислали еще две дивизии — немецкую 10-ю и итальянскую «Чентауро», отдельный танковый батальон для 90-й легкой дивизии, плюс сколько-то техники россыпью, включая «Тигры» (три тяжелых роты и штабы 501 и 504 батальонов). Но это уже ни на что не повлияло (хотя Роммель правда старался) и к маю итало-немецкие войска в Тунисе капитулировали.
• К 1943 году в Италии создали еще более приблизившийся к поздним «тройкам» танк М-15/42, запустили в производство новые самоходки «Земовенте 75/34» (противотанковая САУ, аналог поздних StuG.III), «Земовенте 105/25» (штурмовой танк, аналог StuH.42) и «Земовенте 90/53» («Фердинанд» мэйд ин Италия — 90-мм зенитка на шасси М-14/41), подготовили к производству новый танк P-26/40 (наклонная броня в 50 мм, длинноствольная 75-мм пушка — итальянцы явно делали танк по мотивам Т-34). Но эти машины в Африку уже попасть не успели. Остались на Сицилии и подтянутые немецкие резервы — танковая дивизия «Герман Геринг» (одну роту которой успели перебросить в Тунис), 15-я и 29-я панцер-гренадерские дивизии и рота «Тигров», которым летом пришлось встречать англо-американский десант.

С другой стороны линии фронта тоже не все было гладко:

• В первые полгода у англичан на театре военных действий были только легкие танки Mk.VI (14-мм броня и пара пулеметов: либо «Виккерсы» 12,7 мм и 7,7 мм, либо более современные BESA 15 мм и 7,92 мм) и не слишком удачные «Крейсеры» А9 и А10 (броня 14-25 мм, двухфунтовая (40-мм) пушка и 2-3 пулемета). Гонять итальянские танкетки они могли, но с более тяжелыми танками у них возникали проблемы.
• В конце 1940 в Африке появились «Матильды» Mk.II, которые, собственно, и вынесли итальянцев из Киренаики в первый раз — пробивать 80-мм броню этих танков итальянцам было тупо нечем. Справлялись с ними только тяжелые зенитки, но в 1940 году в Африке отсутствовали и 88-мм «ахт комма ахт» и их итальянские 90-мм «сестры».
• В 1941 к «Матильдам» присоединились новые крейсерские «Крусейдеры» А15 и пехотные «Валентайны» — самые массовые британские танки военного периода. В 1942 и «Крусейдеры» и «Валентайны» получили новые башни с более мощными шестифунтовыми (57-мм) пушками.
• В 1942 появляется и танк «Черчилль» — броня 100 мм, вооружен 40-мм или 57-мм пушкой.

Особенностью африканского театра военных действий было отсутствие сплошной линии фронта и возможность легко зайти в тыл в ходе внезапных рейдов. Обе стороны поэтому довольно широко применяли бронеавтомобили по тактике «бей-беги» и поэтому каждая тыловая автоколонна обязательно имела конвой из них:

• Daimler, 4x4, — быстро стал основным броневиком (выпущено 2700 единиц), не сильно уступал крейсерским танкам ни по броне (14-20 мм) ни по вооружению (40-мм пушка), будучи легче (7,5 тонн) и подвижнее. К 1943 году уже не лез в поединки с танками, но считался очень ценной боевой единицей.
• Humber, 4x4 — ухудшенная версия предыдущего, из-за куда более хилого шасси имел только спарку пулемётов (четвертая модель таки получила 37-мм американскую пушку), но бронирован почти также также при чуть меньшей массе. Был проще и дешевле, было выпущено более 4500 единиц.
• A.E.C., 4х4 — попытка усилить защиту (до 78 мм) и вооружение (40-мм, 57-мм и позже и 75-мм) Daimler. Но оказался слишком перегруженным и маломаневренным.

С 1942 в Африке стала появляться и американская бронетехника

• M3 «Ли» — средний танк, начал производиться с середины 1941 года. Отличался просто вырвиглазным дизайном — основная пушка во вращающимся спонсоне в правом борту, сверху в башне 37 мм пушка, а еще сверху на ней пулемёт во вращающейся башенке! Общая высота этого монстрика более 3 м. Тем не менее, свою основную задачу — борьбу с немецкими танками М3 выполнял, да и в качестве поддержки пехоты танк с 75-мм пушкой был куда лучше, чем британские носители 40-мм и 57-мм танкобоев.
  • СССР тоже был осчастливлен поставками этого «шедевра», но на советско-германском фронте в условиях огромной насыщенности линии фронта противотанковой артиллерией он с его 3 м высоты был просто мишенью, его архаичная конструкция крепления бронелистов клёпками ещё более усугубляла это (при попадании снаряда даже не пробивающего броню они могут расклепываться и лететь вовнутрь корпуса). «Славился» своей способностью опрокинуться даже при самом незначительном боковом уклоне. Проходимость тоже была неважной. «Братская могила на семерых» — таков отзыв о танке в советских войсках.
• M3 «Стюарт» — легкий танк. Фактически продукт глубокой модернизации лёгкого М2, тоже отдалённого родственника «Виккерса 6-тонного». На 1942 год отличался неплохими характеристиками — 37 мм пушка во вращающейся башне, 37 мм лобовая броня и 25 мм бортовая. Был весьма подвижен и маневренен, при этом имел весьма плавный ход даже на максимальной скорости. Его ходовая часть отличалась невероятной надёжностью и долговечностью. Правда запас хода был удручающе мал — в реальных условиях часто менее 100 км, поэтому вопреки всем запретам английские и американские танкисты увешивали танк канистрами с бензином! Английским танкистам этот танк весьма нравился, своей простотой и неприхотливостью (английская техника почему-то вся как на подбор была прихотливой и норовистой). На то время и место «Стюарт» вышел вполне хорошим — но запаса на модернизацию уже не имел, его 37-мм пушка уже тогда пробивала далеко не все немецкие танки. По ленд-лизу в СССР поставлялся массово (1686 штук), но танкисты его невзлюбили, так как он ещё неплохо смотрясь на фоне Т-60, совсем неважно смотрелся рядом с Т-70.
• M6 «Стагхаунд», тяжёлый броневик. Вроде как эпичен и готичен, масса — 14 тонн, броня корпуса 16-22 мм, башня до 45 мм; при этом зело комфортный и просторный, запас хода до 700 км… но всё портило 37 мм орудие. Армия США в страхе было отказалась принимать это чудовище на вооружение, но англичанам он приглянулся и они разместили на него огромный заказ и начале 1942 года он начал поступать в Северную Африку. Всего выпущено более 3800 штук и они почти все пошли на ленд-лиз.

Восточный фронт, 1942

Итоги «Барбароссы»

Зиму 1941/42 годов обе противоборствующие стороны встретили с источившимися в хлам «танковыми мечами», но к весне и СССР и Германия восстановили силы и подготовились к летней кампании, которая, как считали и в Москве, и в Берлине, точно будет победоносной и решающей.

СССР к маю 1942 серьезно нарастил свои бронетанковые силы: на 1 мая в действующей армии находилось 85 танковых и 7 мотострелковых бригад, в РГК и тыловых округах — еще 106 танковых и 11 мотострелковых. Началось формирование первых танковых корпусов — на тот момент состоявших всего лишь из штаба-надстройки и пары-тройки танковых и одной мотострелковой бригад, без серьезных средств усиления. Проблема была в качестве:

• Потеря головного производителя Т-34 — Харьковского завода, не позволила быстро нарастить выпуск этих танков: Сталинградский тракторный завод зашивался, но сдать больше 300 танков в месяц сумел только перед «закрытием» в июле 1942. Подключившийся осенью 1941 к работе горьковский судостроительный завод «Красное Сормово» сдавал по 100—150 танков, но качество у них было таким, что плевались все, от танкистов до Сталина. Плюс ко всему, накладывались на низкое качество сборки и мобилизационные упрощения: довоенные неудобные башни-«пирожки», необрезиненные катки, отсутствие на танках раций… В общем, танк считался годным, если без поломок проезжал 200 километров
• С легкими танками ситуация была лучше — с начала года в массовое производство пошел танк Т-60 — дальнейшее развитие Т-40/Т-30 — броня по сравнению с исходными машинами стала толще, в остальном ничего не изменилось — тот же бензиновый двигатель ГАЗ-202, автоматическая пушка ТНШ-20, спаренный пулемет… Зато выпускали их на неспециализированных заводах — Горьковском автомобильном, Сталинградской судоверфи Кировском машиностроительном имени 1 мая и выпускали много — за первое полугодие на 4,5 тысяч Т-34 пришлось 4,2 тысячи Т-60. В общем, танковый парк СССР чуть более чем наполовину составляла вот эта самая «саранча», кстати освобождавшая Ленинград (более тяжелые танки по льду проехать не могли). В целом экипаж Т-60 отыгрывает троп Круто, но трудно.
• КВ с октября 1941 выпускались только на тракторном заводе в Челябинске и только в варианте КВ-1 — громоздкие КВ-2 остались на полях приграничных сражений, перспективный «советский „Тигр“» КВ-3 так и не пошел в серию. Но выпускались тяжелые танки в весьма солидных количествах: до августа 1942 ЧКЗ сдал 1800 обычных и 100 огнеметных КВ, только с осени, после начала выпуска в Челябинске «тридцатьчетверок» производство КВ (на тот момент уже КВ-1с) снизилось.

Германия начала постепенное наращивание производства танков еще осенью 1941, но именно что постепенное: переоснастить все потерявшие матчасть танковые дивизии немцам было не под силу. В результате:

• Производство легких танков свернули: в мае с конвейера сошли последние «Праги», в июле — Pz.Kpfw. II.
• В производство пошли новые танки Pz.Kpfw. III Ausf. L с длинноствольной 50-мм пушкой и Pz.Kpfw. IV Ausf. F2 с 75-мм пушкой с длиной ствола 43 калибра. Такими же 75-мм пушками оснащались и новые StuG. III.
• Массово начали внедряться в войска 75-мм противотанковые пушки, как собственные PaK-40, так и переделанные трофейные PaK-36(r) (советские дивизионные пушки Ф-22 с усиленным за счет рассверливания казенника пороховым зарядом) и PaK-97/38 (ствол французской 75-миллиметровки 1897 года на лафете 50-мм пушки). Одновременно появились и самоходные варианты пушек — «Мардеры».
• Пошли в массовое производство кумулятивные боеприпасы для 75-мм пушек, позволявшие даже старым «четверкам» поражать в лоб Т-34 без выхода на откровенно самоубийственные дистанции в 100 метров и меньше.
• Девять танковых и пять моторизованных дивизий были доукомплектованы техникой, усилены (все танковые дивизии получили по третьему танковому батальону, моторизованные — преобразованы в панцергренадерские и также получили танковый батальон каждая) и подготовлены к летнему наступлению. Правда, в результате этого усиления тринадцать других дивизий в лучшем случае оказались пригодны для обороны (в дивизиях оставалось по одному танковому батальону), а в худшем — были выведены в тыл на переформирование.
• Капитально усилилась ПВО — по новым штатам танковым и панцергренадерским дивизиям полагалось аж три батареи легких самоходок (каждому мотопехотному полку и противотанковому дивизиону) и один дивизион с двумя тяжелыми (4 «ахт-ахт» и три 20-мм автомата в каждом) и легкой (двенадцать 20-миллиметровок) батареями в артполку. И все эти батареи и дивизионы были армейскими, а не геринговскими (зенитные части люфтваффе ушли на уровень корпусов и армий).
• Были серьезно усилены огневые возможности мотопехоты: каждое отделение мотопехоты получило дополнительный пулемет (в роте, соответственно, стало в зависимости от штата 18 ручных и 2-4 станковых пулемета), число пулеметов в ротах на БТР достигало от 38 до 60(!) единиц. Бронетранспортеры получили 16 батальонов и 8 рот в мотопехотных полках и 13 разведывательных рот.
• Началась подготовка к производству новых тяжелых танков.
• Вернулись на Восточный фронт и союзники Рейха: по одной танковой дивизии выставили Венгрия (на этот раз дивизия была укомплектована в основном немецкой техникой: 108 Pz-38(t), 22 Pz-IV, 17 «Толди», 14 «Чаба» и 19 зенитно-противотанковых САУ «Нимрод») и Румыния (состав был примерно аналогичен — 109 R-2 и Pz-38(t), по 11 Pz-III и Pz-IV), несколько десятков легких танков и самоходок прислала Италия.

Уже в мае советские и немецкие танковые войска пошли в бой: 21-й и 23-й танковые корпуса были задействованы в наступлении на Харьков, немецкие 14-я и 16-я танковые дивизии нанесли в тыл этим корпусам контрудар. Летом в ходе наступления немцев под Воронежем и в излучине Дона, а затем на первых этапах сражения за Сталинград советские танковые корпуса как по отдельности, так и в составе импровизированных танковых армий участвовали в оборонительных сражениях, в августе-октябре советские танковые войска участвовали в не слишком удачных наступлениях на Гжатск и Сычевку под Ржевом и в междуречье Дона и Волги под Сталинградом.

Изменения в организации танковых войск РККА

Не слишком удачные сражения привели к новым изменениям как в штатах бригад и корпусов, так и в производстве техники:

• Бригады стали более однородными: вместо объединения в одной структуре всех типов танков, по новому штату в бригаду входили два танковых батальона (один на Т-34 — 21 машина и один смешанный — 10 Т-34 и 21 Т-60/Т-70), мотострелковый батальон, батарея 76-мм орудий, управление бригады, медицинский взвод и рота МТО.
• Из тяжелых танков формировались отдельные танковые полки прорыва обороны.
• Помимо танковых корпусов были сформированы механизированные корпуса, в которые входили по три механизированных и одна-две танковых бригады (или набор из 2-4 отдельных танковых батальонов).
• Увеличили производство Т-34, причем в разы: на полную мощность вышел завод в Нижнем Тагиле, подключились к производству несостоявшийся производитель Т-50 в Омске и УЗТМ в Свердловске, а также ЧКЗ. Танки, сначала уральские, а затем и сормовские, стали получать новые, более просторные башни-«гайки», рации, постепенно улучшалась надежность машин.
• В конце года в производство пошли первые САУ на базе Т-34 — СУ-122, вооруженные 122-мм гаубицами М-30.
• Производство тяжелых танков, наоборот, сократили. Вместо КВ-1 в серию пошел его облегченный вариант КВ-1с: массу за счет уменьшения горизонтального лобового бронелиста и бортовой брони удалось снизить на пять тонн, была установлена новая коробка передач, что серьезно улучшило подвижность танка и облегчило управление. Что же касается уменьшения толщины брони — к осени 1942 года на фронте все большую роль стали играть PaK-40 и танки Pz.IV с длинными пушками, способные с километра пробивать броню в 90-110 мм как калиберными, так и подкалиберными снарядами.
• Место Т-60 занял гораздо более полезный танк Т-70: размеры увеличили, вместо одного слабого движка поставили спарку, создали новую башню, в которую влезла 45-мм пушка — в результате получился танк, сравнимый с довоенным Т-50. Первые машины пошли в войска еще в апреле, но истинно массовое производство началось с июня. Т-70, конечно, не превзошел в производстве Т-34, но до середины 1943 года составлял немалую часть танкового парка, а в дальнейшем использовался в качестве учебных машин или в самоходных артполках и батареях, оснащенных СУ-76. Дальнейшее его развитие — легкий танк Т-80 с более удобной двухместной башней в массовое производство не пошел: в дальнейшем (в середине-конце 1943 года) выявились огромные потребности в лёгких самоходных орудиях сопровождения пехоты, а дальнейшее использование Т-80 в качестве линейного танка просто потеряло смысл в виду «утяжеления» танков вермахта. Выпускать же его исключительно как разведывательный танк было сочтено расточительством и на базе Т-70 выпускалась самоходка СУ-76.
• Самоходное орудие СУ-76 — создано в конце 1942 года на базе танка Т-70, вооружено дивизионной 76-мм пушкой ЗИС-3. Но и она и её наскоро модернизированный вариант СУ-76М (1943) оказались провальными и совершенно негодными для практической эксплуатации. Исправить недостатки и запустить СУ-76 в массовое производство удалось только в конце 1943 года.
  • Из-за одинакового обозначения СУ-76 и общей базы в виде танка Т-70 лёгкие САУ конструкций Гинзбурга и Астрова часто смешивают и путают и аналогично же под индексами СУ-76М проходят две разные машины.
  • Изделие от Гинзбурга сразу же было призвано в войсках «сука» — двигатели, установленные параллельно глушили друг-друга, а при работе только одного самоходка еле ползла на скорости 15 км/ч, из-за короткой базы, мощной пушки и неудачной подвески она была склонна к мощным продольным колебаниям после каждого выстрела, закрытое боевое отделение делало условия работы экипажа невыносимыми… Безнадежно испорченная репутация потом очень затрудняла внедрение в войсках его преемника.
• В начале 1942 года начался серийный выпуск лёгкого бронеавтомобиля БА-64 — он был создан на базе полноприводного лёгкого джипа ГАЗ-64 с очевидным влиянием ЛБ-62, представляя как бы его уменьшенную и ухудшенную копию. Он так и остался единственным типом колёсной бронетехники серийно производящейся в СССР до 1945 года.

Обновленные танковые и механизированные корпуса 19-23 ноября решили первую самостоятельную боевую задачу: прорвали фронт, выдержали немецкие и румынские контрудары и замкнули кольцо вокруг Сталинграда. В декабре 4-й механизированный корпус продемонстрировал, что может и вести маневренную оборону, удержав движущуюся к Сталинграду немецкую 6-ю танковую дивизию до подхода резервов. У панцерваффе наконец появился серьезный конкурент.

Германия 1942-43

Безусловно, неуязвимость Т-34 в 1942 осталась только в речах комиссаров. Немцы уже научились с ним бороться. Но шок 1941 года, когда русские танки безнаказанно давили немецкие позиции и выдерживали десятки попаданий, еще не забыли. От промышленности требовали чего-то эдакого же. Неуязвимого. На робкие замечания теоретиков, что танки с танками вообще-то не воюют, отвечали: «А у русских танки ВЕЗДЕ!» — что во многом было правдой: летом-осенью 1942 года именно танки обеспечили немцам вместо стремительной операции на окружение в излучине Дона и броска на Сталинград две недели упорных боёв, танки же остановили бросок армии Гота вдоль железной дороги на Сталинград с юга. В сентябре танковые контратаки корпусов Ротмистрова и Кравченко (будущий командир 6-й гвардейской танковой армии) отвлекли на себя наиболее сильные части армии Паулюса, не дав им быстро захватить центр города.

Pz.VI

Инженеры-конструкторы Рейха, с 1937 года занимавшиеся в свое удовольствие проектированием «тяжелого танка прорыва обороны», получив живительный пендель, резко активизировались: проекты VK-30.01 от Порше и Хеншеля были закрыты (пара хеншелевских прототипов уехала-таки под Сталинград в качестве супер-самоходок со 128-мм орудиями), вместо них в разработку пошли танки проекта VK-45.01 (45 — обозначало предполагаемую массу, но и она была превышена на 12 т). Весной 1942 эти два творения сумрачного тевтонского гения выкатили на полигон. По результатам испытаний в серию был пущен танк фирмы «Хеншель» с башней от танка Порше: машина Фердинанда Порше имела более удачную ходовую часть (недаром самая адекватная ходовая из всех рейховских танков была у Pz.III, доведенного дедушкой Фердинандом) и готовую башню, но откровенно неадекватную двигательную установку из двух бензиновых двигателей и электротрансмиссию с десятком электродвигателей и трансформаторов, машина «Хеншеля», в свою очередь, должна была нести 75/55 мм пушку с коническим каналом ствола и исключительно подкалиберными снарядами, требовавшими по килограмму вольфрама, к тому же башню хеншелевцы так и не разработали. Что же касается проходимости, то она была признана недостаточной у обеих машин. Машина, тем не менее, получилась знатная — броня 100 мм и 88-мм пушка на базе знаменитой зенитки с 56-калиберным стволом.

Уже к осени 1942 первая партия «Тигров» была готова. Фюрер бросил их под Ленинград. Сентябрь. Синявинская операция. 2-я ударная Армия, точнее то, что осталось от неё после первого окружения, была наскоро пополнена и снова брошена на прорыв. По непролазным синявинским болотам она почти прорвалась к Ленинграду. До Невы оставалось 7 км. В это время немцы наносят контрудар. Классический — «под основание клина». В нем участвовали 4 первых «Тигра». Сыграли ли они хоть какую роль, история умалчивает. Скорее всего все так же произошло бы и без них: 2-я Ударная снова в окружении, из кольца удается выйти немногим.

Следующий бой «Тигров» произошел… в Африке. В ноябре 1942 союзники высадились в Алжире и попёрли на Тунис. Войска против них собирали где только можно, послали туда и роту 501-го батальона «Тигров». Правда, там их особо не заметили: неопытные американские танкисты имели не меньше проблем от старых добрых «троек» и «четверок», а мощная авиация союзников бомбила и «Тигров», и остальных, не делая различия. В конце концов оставшиеся танки были взорваны, Тунис капитулировал.

И опять Ленфронт, январь 1943. Операция «Искра». Прорыв блокады. Очередная рота «Тигров» брошена спасать положение. На сей раз их заметили. До сих пор спорят, какая часть сколько «Тигров» захватила. Так или иначе, один был взят целехоньким и несколько поврежденными. Очередной блин комом.

Только весной 1943 новые танки проявили себя во всей красе: три эсэсовские дивизии, с ротой «Тигров» каждая, остановили советские войска у Днепра и отбросили их к Белгороду. Наряду с достоинствами у «Тигров» была выявлена ахиллесова пята — откровенно малая подвижность и проходимость, а также малый запас хода. Они были жестко привязаны к дорогам с твёрдым покрытием и железнодорожным станциям. Да, они могли вынести в чистом поле любой танк в 1943 году, проблема была только доехать до него. Поэтому в конце 1942 года были приложены все усилия, чтобы форсировать разработку более подвижного танка…

Pz.V

С января 1943 был пущен в серию танк Pz.V «Пантера», разработанный как ответ на Т-34. Новый танк имел 80-мм броню лба корпуса (причем, что было не слишком типично для немецких танков, расположенную под углом) и 110-мм лоб башни, а также новую 75-мм пушку с длиной ствола 70 калибров, способную поразить Т-34 и КВ на дистанции два километра. При доводке этого танка вылезли многие недостатки немецкого танкостроения:

• В Германии было принято, чтобы производитель танковых орудий делал ещё и башни под них. В итоге MAN был осчастливлен башней с массой почти на три тонны больше заявленной и намного большей отдачей орудия. После всех доработок масса прототипа составила 45 тонн!
• А ходовая и подвеска проектировалась на 36 тонн, что повлекло за собой огромные проблемы с подвижностью танка и надёжностью его ходовой. В итоге пришлось аналогично Тигру искусственно ограничить число оборотов двигателя. Несмотря на это, вождение танка было непростым делом, а правильное переключение передач было сродни искусству (при ошибках зубья шестеренок поступали в смазку).
• Башня была очень несбаласирована (центр её тяжести не совпадал с осью её вращения, такая вот плата за мощную пушку и чудовищную литую маску пушки в 110 мм), что вкупе с её чудовищным весом вело к огромным требуемым усилиям для её вращения, более-менее шустро она вращалась только на полных оборотах двигателя, а на средних в 1000—1200 полный поворот башни только за 1-1,5 минуты. Средний мехвод Пантеры, замученный и без того многочисленными её неполадками, с огромной неохотой пускал движок на полные обороты.
• Танк получился в первоначальном варианте уж очень нетехнологичным и трудоёмким.
• Горький опыт долгой доводки Pz.III и Pz.VI заставил принять на вооружение Пантеру практически вообще без ходовых испытаний и исправления проблем.

Первой в Рейхе «Пантеры» получила дивизия «Великая Германия» (два батальона по 100 танков) к летнему наступлению на Курской дуге, но в отличии от «Тигров» и «Фердинандов» они не произвели особого впечатления на РККА. Даже не принимая в расчёт её техническую ненадёжность, неудовлетворительную проходимость и подвижность в бою быстро выявились два её катастрофических недостатка — слабая бортовая броня всего в 40 мм при огромной высоте борта и малая скорость вращения башни. Так что их могли подбить даже Т-70! В течение 1943 года в Вермахт и войска СС на Восточный фронт ушло более 800 танков, а к 1.1.1944 их было не более 80 штук.

Прочий зоопарк вермахта

Разумеется, одними тяжелыми танками дело не ограничилось: да, появившиеся в 1942 году новые модификации средних танков были способны на равных бороться с Т-34, но только на равных — в СССР еще не было подкалиберных и кумулятивных снарядов, но и старый-добрый тупоголовый БР-350 оставался смертельно опасным для танков с 50-мм броней на дистанции до километра. Как следствие:

• Pz.III модификаций L, M и N получили на лобовую броню 20-мм наделку. Впрочем, в 1943 году «троек» было выпущено всего чуть больше двух сотен, после чего их сняли с производства, проводилась только модернизация уже выпущенных машин. В течение 1943 года он всё равно оставался самым массовым танком Рейха.
• Pz.IV модификации G получили аналогичные наделки толщиной 30 мм (только лоб корпуса), а последние машины — еще и новую пушку с длиной ствола в 48 калибров. С апреля 1943 в серию пошла серия H, самая массовая из модификаций «четверки», танки которой штатно имели 80-мм броню и 48-калиберную пушку. Правда проходимость и мобильность перетяжеленного шасси уже вызывали беспокойство. Планировалось, что в войсках его заменит «Пантера» во второй половине 1943 года, но из-за срыва её поставок Pz.IV не только остался в войсках, но и к самому концу 1943 года стал самым массовым танком Рейха.
• В массовое производство пошли самоходки StuG.III модификаций F/8 и G — первые получили традиционную 30-мм наделку на 50-мм лобовую броню, вторые — штатный 80-мм бронелист и обе модификации — 48-калиберную 75-мм пушку. Кроме противотанковых «Штугов», были построены еще две сотни самоходок со 105-мм гаубицей для расстрела полевых укреплений — StuH-42.
• Из невостребованных шасси танков Порше сделали самоходки «Фердинанд»/«Элефант» — 200-мм броня, непробиваемая вообще ничем и 88-мм пушка с длиной ствола 71 калибр. Параллельно с ними в производство пошли «Насхорны»/«Хорниссе» — более легкие САУ на новом шасси от не пошедшего в серию гибрида «тройки» и «четверки», броня всего 30 мм, но пушка как у «Фердинанда»
• Объявленная в 1942 году тотальная мобилизация вовсе не была пустословием. Благодаря кипучей деятельности нового рейхсминистра вооружений — Альберта Шпеера в 1943 году удалось резко увеличить производство танков — заводы дали три тысячи «четверок», три тысячи «штугов», тысячу семьсот «Пантер», шестьсот пятьдесят «Тигров», тысячу самоходок «Мардер» и полтысячи самоходок «Фердинанд» и «Насхорн».

Появились и совершенно новые типы боевых машин — на шасси Pz.II была установлена 105-мм гаубица leFH-18 (САУ «Веспе»), на гибридном шасси, том же что у «Насхорнов» — тяжелая 150-мм гаубица sFH-18 (САУ «Хуммель»). Обе гаубицы сохраняли возможность вести навесной огонь и фактически были аналогами глубоко послевоенных «Гвоздик», «Акаций» и «Паладинов». Использовались самоходки в артиллерийских полках танковых и панцергренадерских дивизий, либо в дивизионах РГК. Также в производство пошел самоходный вариант тяжелой полковой пушки на шасси чешского Pz.38(t), Наконец, по итогам городских боев в Сталинграде был создан специальный штурмовой танк для оперативного сноса капитальных строений: Sturmpanzer IV — тяжелобронированная САУ, вооруженная 150-мм чешским орудием, примерно аналогичным вышеупомянутой тяжелой полковой пушке. В общем, к новому летнему наступлению немцы были готовы.

Лёгкая бронетехника

• Sd.Kfz.234 — замена более раннему Sd.Kfz.231 (8-Rad), его восьмиколёсное шасси позволяло сочетать отличную проходимость и неплохую защиту. Но имело два фатальных недостатка в качестве разведывательного тяжелого бронеавтомобиля — малый запас хода (150—200 км по просёлку) и слабое вооружение. Немецкая промышленность три (!) года доводила дизель производства «Татры» до кондиции. Но в итоге на Sd.Kfz.234 удалось увеличить запас хода сразу в три (!) раза, дать ему 50-мм противотанковую пушку (Sd.Kfz.234/2 «Пума») и нарастить лобовую броню до 30-40 мм. По совокупности характеристик самый лучший бронеавтомобиль ВМВ, но германская промышленность с огромным трудом обеспечивала минимальные потребности в них даже для разведывательных батальонов танковых и моторизованных дивизий.
• RSO (Raupenschlepper Ost) — гусеничный тягач «Восток». Грузоподъемность — 1,5 тонны. Ходовая — на базе трактора «Сталинец», которые бравые зольдатен вермахта ценили осенью-зимой 1941 года на вес золота. Основная причина почему вермахт не утонул в грязи в ходе распутицы конца 1942—1943 годов. Первоначально заявленная потребность в 3000 единиц была превышена в 8 раз и он оказался нужен в Рейхе буквально всем. На его базе делались даже импровизированные полубронированные САУ.

Курская Дуга 1943

Об организации советских и немецких танковых войск второй половины войны

В 1943 году немцы снова изменили штат своей танковой дивизии: прежняя разносортица с разным числом батальонов в полку (два или три), разным числом рот в батальонах (три или четыре), разным числом взводов в ротах (от двух до пяти) и даже разным количеством танков во взводах (пять машин во взводах на «двойках», «тройках» и «прагах» или четыре во взводах «четверок») и танками разных типов в ротах и батальонах уступила место более четкой структуре:

• Танковый полк в дивизии стал состоять из двух батальонов четырехротного состава с единообразной техникой: первый батальон получал «Пантеры», второй, поскольку новых танков было мало, вооружался «четверками». Всего в каждом батальоне по штату должно было состоять 96 танков (четыре роты по 22 танка (четыре взвода по пять машин и два танка в управлении роты), взвод из пяти машин в непосредственном подчинении командира батальона и три танка в управлении батальона), пять БТР (в штабной роте) и три 20-мм счетверенных самоходки на базе полугусеничного тягача, еще восемь танков (штатно три «Пантеры» у комполка и взвод из пяти «четверок»), 5 БТР и 8 «Флакпанцеров» (37-мм одноствольная или 20-мм счетверенная зенитка на базе Pz-IV) находились в подчинении командира полка. Также в состав полка входила ремонтная рота с четырьмя ремонтно-эвакуационными «бергепантерами». Всего в полку должно было состоять 200 танков.
• Пехотная компонента практически не изменилась: два мотопехотных полка по два батальона в каждом. В идеале все четыре батальона должны были оснащаться БТР, но в реальности бронетранспортеры получал только один батальон из четырех. Каждому пехотному полку придавалось по шесть САУ «Грилле» с тяжелой 150-мм пехотной пушкой, каждому батальону — рота огневой поддержки (4 120-мм миномета и 6 20-мм зениток), а батальону на БТР — 4 120-мм миномета, 12 БТР огневой поддержки с короткой 75-мм пушкой (по два в каждой пехотной роте и шесть в роте огневой поддержки) и, с 1944 года, 21 БТР с зенитной 20-миллиметровкой (по семь машин в каждой роте). Кроме того, в каждом полку имелась саперная рота (в одном из полков — также оснащенная БТР — 7 стандартных, 6 огнеметных и зенитный)
• Разведывательный батальон танковой дивизии состоял из двух-трех мотопехотных рот, одной-двух рот броневиков, укомплектованных либо 16 БТР Sd.Kfz.250/9 с 20-мм зенитками, либо колесными бронеавтомобилями: 6 восьмиколесных и 12-18 четырехколесных броневиков с 20-мм пушками + взвод 6 броневиков с короткими 75-мм пушками и роты поддержки — 3 75-мм длинноствольных и 2 150-мм орудия с тягачами, четыре БТР с 28-мм ПТР или 37-мм пушками, шесть БТР с короткими 75-мм пушками, шесть самоходных минометов, шесть саперных БТР с огнеметами), а также штабная рота, с 1944 также получавшая броневики Sd.Kfz.234 (13 броневиков с 20-мм или 50-мм и три — с 75-мм орудием) а в некоторых батальонах — и легкие танки «Лухс». В реалиях последних лет войны разведбат чаще действовал как дополнительный мотопехотный.
• Саперный батальон также вооружался как дополнительный пехотный, в том числе одна рота штатно получала бронетранспортеры.
• Артиллерийский полк дивизий частично оснащался самоходными гаубицами и штатно состоял из трех дивизионов: дивизиона легких гаубиц (12 105-мм гаубиц leFH-18), смешанного тяжелого дивизиона (8 150-мм гаубиц sFH-18 и 4 105-мм пушки K-18) и самоходно-артиллерийского дивизиона (12 легких САУ «Веспе» и 6 тяжелых САУ «Хуммель» со 105-мм и 150-мм гаубицами соответственно)
• Дивизион истребителей танков также был частично оснащен самоходками «Мардер» (по штату 1943), StuG-III или Jagdpanzer-IV (по штату 1944) — две роты по 14 машин и три самоходки в штабной роте. Еще одна рота/батарея дивизиона сохраняла буксируемые 75-мм пушки — 12 орудий.
• Наконец, ПВО дивизии обеспечивал зенитный дивизион, состоявший из двух тяжелых батарей (в каждой 4-6 88-мм зениток и 3 20-мм автомата) и одной-двух легких батарей (9 37-мм или 8-12 20-мм автоматов + 2-3 «флакфирлинга») + роты 20-мм самоходок в мотопехотных полках (если отсутствовали зенитки в батальонных ротах огневой поддержки) и по три 20-мм автомата придавались штабным батареям артиллерийских дивизионов.

Но реальность почти сразу начала вносить коррективы в теоретический штат: помимо уже упомянутой нехватки БТР немцы все чаще сталкивались с нехваткой танков и самоходок — и в результате в ротах оставалось по 17, а иногда и по 10 танков, число противотанковых самоходок также сокращалось, не все танковые дивизии получили самоходные гаубицы (тем более, что производство «Веспе» велось в Варшаве и закончилось по понятным причинам в августе 1944 года). Но в целом именно с таким штатом немецкие дивизии и пришли к концу войны.

Отдельные батальоны тяжелых танков изначально имели смешанный состав: штабную роту (два «Тигра» и один Pz III в управлении полка + взвод из пяти «троек» и взвод ПВО — шесть SdKfz-7 со счетверенными 20-мм пушками) и две линейных роты (в каждой четыре взвода по два «Тигра» и две «тройки» + «Тигр» и две «тройки» в управлении роты) — всего 46 танков, из них 20 тяжелых. Именно по такому штату формировались первые танковые батальоны (501—505). Но уже весной 1943 года штат изменили: уже сформированные батальоны должны были получить по третьей роте из 14 «Тигров», а 506—511-й батальоны вермахта и 101—103 батальоны СС уже не имели в своем составе «троек» — только «Тигры». К 1944 году тяжелые танковые батальоны имели следующий состав: 45 «Тигров» или «Тигров Б» (три роты по 14 танков и три танка в управлении батальона), 8 «флакпанцеров» и роту снабжения. В конце войны в состав батальонов моли входить и другие типы танков и самоходок.

Летом 1944 года в списках немецких танковых частей вновь появляются бригады, предназначением которых была поддержка пехотных соединений. Состояли такие бригады из штаба (3 «Пантеры» и три «Флакпанцера»), трех рот танков и роты истребителей танков (всего 33 «Пантеры» и 11 ягдпанцеров) и панцер-гренадерского батальона — то есть немцы предприняли попытку пройти по маршруту, проложенному РККА летом-осенью 1941 года. Впрочем, уже осенью карьера танковых бригад немцев закончилась: танки пошли на укомплектование дивизий, а штабы также частично были переформированы, частично использовались для управления импровизированными боевыми группами

В РККА к 1943 году были утверждены следующие штаты соединений:

• Танковые бригады в основном формировались по штату от 31 июля 1942 года: 1 058 — 1 146 человек личного состава, два танковых батальона (один на Т-34, 21 машина, второй смешанный — 10 Т-34 и 21 легкий танк) + 1 Т-34 в управлении бригады, мотострелковый батальон (три броневика, 6 82-мм минометов), противотанковая батарея (4 76-мм орудия) и, с весны 1943, зенитно-пулеметная (9 ДШК) и противотанковая (18 ПТР) роты.
• Мотострелковые и механизированные бригады имели 3 100 — 3 300 человек личного состава, три мотострелковых и минометный батальоны (12 45-мм пушек, 30 82-мм и 4 120-мм миномета), артиллерийский (12 76-мм орудий) и зенитно-артиллерийский (12 37-мм зенитных автоматов) дивизионы, роту автоматчиков, роту ПТР и разведроту, а механизированная бригада — еще и танковый полк (23 Т-34, 16 легких танков, 3 броневика).
• С октября 1942 года начали формироваться тяжелые танковые полки прорыва — 21 КВ или «Черчилль», 214—251 человек личного состава.

Бригады объединялись в танковые (2-3 танковых и 1 мотострелковая бригады и части поддержки — минометный (36 120-мм минометов), истребительно-противотанковый (20 45-мм пушек) и зенитно-артиллерийский (16 37-мм автоматов и 16-18 ДШК) полки, отдельный противотанковый дивизион (12 85-мм зениток), дивизион гвардейских минометов (8 БМ-13), мотоциклетный и/или бронеавтомобильный батальон) и механизированные (3 механизированных и 1 танковая бригады и части поддержки — аналогично танковым корпусам). То есть, танковые и механизированные корпуса по численности и назначению были сходны с немецкими танковыми дивизиями, но серьезно уступали противнику в плане артиллерии.

Летом-осенью 1943 года в структуре бригад и корпусов произошли изменения:

• Танковые батальоны бригад были полностью перевооружены на Т-34 или «Шерманы»: танковые бригады получили три батальона по 21 машине + 2 танка в управлении бригады, механизированные — один полк из 35 машин (три роты по 10 танков + 3 танка в разведвзводе и 2 в управлении полка.)
• Артиллерия танковых и механизированных корпусов была усилена новыми САУ:
  • В конце 1942 года начали формироваться смешанные самоходно-артиллерийские полки из 25 (17 СУ-76 и 8 СУ-122) или 20 (8 СУ-76 и 12 СУ-122) самоходок
  • В апреле 1943 появились штаты легкого (21 СУ-76), среднего (16 СУ-122, 1 Т-34) и тяжелого (12 СУ-152, 1 КВ) самоходно-артиллерийских полков
  • Наконец, осенью 1943 — весной 1944 года танковые и механизированные корпуса получили по три самоходно-артиллерийских полка: легкий (21 СУ-76), средний (16, затем 21 СУ-85) и тяжелый (12 СУ-152, позднее — 21 ИСУ-152).
• В состав частей ПВО стали поступать ленд-лизовские самоходные зенитные установки М-17 со счетверенными 12,7-мм пулеметами.
• В августе 1944 года танковые корпуса стали получать легкие артиллерийские полки — 24 76-мм пушки.

Помимо крупных подвижных соединений, в составе РККА оставалось также значительное количество отдельных танковых и самоходно-артиллерийских бригад, полков и батальонов.

• Танковые и самоходно-артиллерийские бригады, в теории имели тот же состав, что и бригады в составе танковых корпусов, но на практике многие танковые бригады даже летом 1944 сохраняли старые штаты 1942 года и технику тех же годов и переходили на новые штаты по мере отвода в тыд на переформирование. В декабре 1944-феврале 1945 годов восемь танковых бригад были перевооружены на ИС-2.

Что же касается самоходно-артиллерийских бригад, то они были достаточно немногочисленны (всего было сформировано семь легких САБр (4 на СУ-76 и 3 на СУ-57), четыре средних на СУ-100 и одна тяжелая на ИСУ-122) и изначально формировались по штатам 1944 года.

• Отдельные танковые и самоходно-артиллерийские полки также постепенно переходили на единый штат: 21 боевая машина (1 командирская и 4 батареи самоходок/4 роты тяжелых танков/2 роты средних танков), разведвзвод, рота автоматчиков, иногда рота ПТР. Комплектовались полки самоходками СУ-76, СУ-85 и ИСУ-122/152, танками Т-34 (помимо простых «тридцатьчетверок», отдельные полки получали также танки-тральщики и огнеметные машины) и ИС.

Считать танковые дивизии вермахта и танковые корпуса РККА равноценными по мощи не совсем верно:

• В отличии от немецкой танковой дивизии в советском танковом корпусе совершенно отсутствовала тяжёлая ствольная артиллерия (у немцев были 105-мм и 150-мм гаубицы). Это было вынужденное решение ввиду ужасающего дефицита тяжелых тягачей в РККА. В конце войны к артподготовке иногда привлекались тяжелые САУ, но угол возвышения у орудий ИСУ-152 для навесной стрельбы не годился (20 градусов против 45 у sFH-18 и «Хуммеля» и 65 у буксируемой МЛ-20).
• Совсем неравноценны были средства ПВО (в танковом корпусе — 16 37-мм орудий и пулеметы ДШК/«Браунинги», в дивизии — 50 зенитных орудий от 20-мм до 88-мм).
• В танковой дивизии была гораздо более многочисленная и лучше оснащенная мотопехота — 6000 против 3000.
  • В СССР тогда совершенно не выпускались БТР, а полученные по ленд-лизу включались в разведывательные подразделения, в штабные роты или использовались как артиллерийские тягачи. Не выпускалось даже полноприводных грузовиков-вездеходов грузоподъемностью 2,5-5 тонн. Поэтому количество мотопехоты и артиллерии на мототяге приходилось коррелировать с поставками по ленд-лизу.
  • А начиная с 1944 года немецкая мотопехота уже была весьма прилично оснащена БТР — в среднем на 50 % от требуемых 230 штук по штатам 1944 года, а фактически — более (часто не учитывались лёгкие SdKfz 250, которые официально исключались из штата танковых и мотопехотных дивизий, но их просто учитывали например как бронеавтомобили, особенно версии с 20-мм или 37-мм орудием), а нормой было самые укомплектованные соединения держать на Восточном фронте. Вдобавок примерно треть БТР предполагались как де-факто САУ (17 самоходных 81-мм минометов (251/2), 20 75-мм САУ (251/9), 32 машины с 20-мм автоматической пушкой (251/17)) и как правило они были всегда в наличии, при отсутствии собственно «обычных» БТР. Так что огневая насыщенность непосредственных боевых порядков нацистской мотопехоты предполагалась запредельной, а советская мотопехота только-только начала в 1944 году получать СУ-76 в ощутимых количествах, но они входили не в роты, не в батальоны и даже не в бригады, да и вести бой приходилось в пеших порядках, либо как танковому десанту.
• Неплохая обеспеченность танковых дивизий Рейха быстроходными тягачами и полугусеничными БТР позволяло артиллерии тяжелой и противотанковой, а также мотопехоте следовать сразу за наступающими танками и очень быстро занимать поле боя или же весьма оперативно оказывать огневую поддержку своим танкам и пехоте по разрушению укреплений обороняющегося противника.
  • В советских танковых войсках танковые десанты ещё с осени 1941 года применялись вовсе не от хорошей жизни. К концу 1943 года в роли импровизированных БТР стали чаще применяться тяжелые САУ, как и более удобные для перевозки десанта так и лучше вооруженные для поддержки пехоты.

В преддверии битвы

Появление у противника новых и модернизированных немецких танков было, разумеется, замечено советским руководством. Сразу же после захвата первых трофейных «Тигров» и испытаний их брони встал традиционный вопрос — что делать?

• Танк Т-34, который в 1941-42 превосходил или хотя бы был сравним с основными танками противника, разом оказался в отстающих. Что еще хуже — в том же положении оказался и основной тяжелый танк КВ-1с — оба танка не имели возможности бить «Тигра» в лоб даже в упор, тогда как противник имел все шансы поразить и КВ и «тридцатьчетверку» на любых разумных дистанциях.
• СУ-76 и СУ-122 (штурмовой танк, гаубица М-30 на шасси Т-34) тоже оказались в целом бесполезны в качестве борцов с новыми танками вермахта: ЗИС-3 была по характеристикам аналогична пушкам Т-34 и КВ, а 122-мм гаубица хоть и обладала возможностью смертельно огорчить любой танк при попадании, но попасть из короткоствольной гаубицы в движущуюся мишень можно было только на коротких дистанциях.
• В той же ситуации оказалась и вся противотанковая артиллерия РККА — 76-мм пушки УСВ и ЗИС-3 и малокалиберные противотанковые «сорокапятки». Только 85-мм зенитка сохраняла способность пробить броню любого немецкого среднего танка с полутора километров, а «Тигра» — с километра.

Все вышеперечисленные факты, разумеется, не означали, что танки и артиллерия Красной Армии разом обесценились в ноль — немецкие танки спокойно поражались в борта, в корму, даже 45-мм снаряды могли пробить противнику ствол пушки, сбить гусеницу или заклинить знаменитую шахматную подвеску «Тигра». Но… все это было реализуемо только если пушку/танк удастся замаскировать и противник развернется бортом/кормой. То есть, только в обороне.

Помимо выбора стратегии на лето, началась экстренная разработка средств борьбы с новыми вражескими танками. Уже в апреле-мае началось производство новых снарядов — бронебойных подкалиберных и кумулятивных. Разумеется, всё и сразу получить не удалось: подкалиберные снаряды выделялись по несколько штук на орудие, кумулятивные из-за проблем со взрывателями вообще были допущены к использованию только для короткоствольных полковых 76-мм пушек и 122-мм гаубиц, но количество орудий, способных на дистанции в 300—500 метров подбить танк даже возросло (за счет тех самых полковых пушек, которые до появления кумулятивных боеприпасов были опасны только для бронетехники уровня Pz.II).

Были запущены в производство новые образцы бронетехники:

• С февраля 1943 года в производство пошла тяжелая САУ СУ-152 (пушка-гаубица МЛ-20 на шасси КВ). Эта самоходка обладала способностью «превратить панцеркампфваген во флюгцойг» (с) даже с использованием простого осколочно-фугасного снаряда, но низкая скорострельность, обусловленная работой с тяжелыми снарядами раздельного заряжания и возимый боекомплект в 20 снарядов позволяли самоходчикам рассчитывать только на точность первого выстрела.
• Производство КВ-1с в первой половине 1943 было сокращено, а с августа и вовсе свернуто в связи с ростом производства СУ-152 и подготовкой к выпуску новых тяжелых танков ИС. В августе-октябре 1943 было выпущено полторы сотни танков КВ-85 — новые башни с 85-мм пушкой, предназначавшиеся для танков ИС устанавливались на несколько доработанные шасси КВ. С октября в производство пошли танки ИС-85 (позднее ИС-1), с декабря параллельно им начали выпускаться танки ИС-122 (ИС-2) с гораздо более мощной 122-мм пушкой, вскоре вытеснившие ИС-1.
• В июле-августе начался выпуск противотанковой САУ СУ-85, также вооруженной 85-мм пушкой. Одновременно было прекращено производство СУ-122.
• Весной-летом 1943 года на шасси трофейных «троек» были выпущены две сотни самоходок СУ-76И
• СУ-76 (1943) — полный аналог снятой с вооружения СУ-76, разработана на той же базе и с тем же вооружением, но с более удачной двигательной установкой: те же два двигателя, но работавшие на один вал. Производство началось в декабре 1943 года. Оказалась намного удачнее предшественника. Их было выпущено более 14000 штук. Ради скорейшего насыщения ими войск с производства были сняты танки Т-70 и Т-80, несмотря даже на неиссякшую потребность ВС СССР в них.

Но все это было уже осенью, а летом 1943 под Курском советские войска встречали немцев со старыми-добрыми КВ, Т-34 и Т-70, лишь немного разбавленными ленд-лизовской техникой, собранными под Сталинградом и на Дону трофейными «Мардерами» и новыми СУ-152. Главную роль в сдерживании немцев должна была взять на себя пехота, усиленная многочисленной артиллерией всех калибров и обложившаяся противотанковыми минами в три ряда, танки должны были по идее наносить фланговые удары по прорвавшимся немцам — и вот с этим как раз и возникли проблемы.

У немцев, в свою очередь, главной проблемой лета 1943 стал хронический некомплект техники: восемь танковых и четыре панцергренадерских дивизии зимой-весной 1943 года прекратили свое существование, остальные дивизии в ходе боев понесли значительные потери, в относительно нормальном состоянии оставались только прибывшие на фронт в феврале-марте и не заставшие тяжелых оборонительных боев дивизии СС и «Гроссдойчланд». И тут немцы начали совершать ошибки:

• Начался процесс поспешного восстановления разгромленных и формирования новых, в том числе эсэсовских, дивизий. Нет, в принципе идея правильная, но… В результате к осени 1943 немцам не удалось восстановить и укомплектовать ни одной танковой дивизии, более того, уже сформированные 25-я и 26-я танковые дивизии были частично растащены для укомплектования новых соединений. И немцам пришлось бросать против перешедших в контрнаступление советских войск и высадившихся в Италии англо-американцев дивизии, имеющие в лучшем случае половину положенной техники (именно тогда нормой стало пополнение танковых частей самоходками).
• Из находящихся на фронте танковых полков начали изымать батальоны для перевооружения на «Пантеры». В итоге из 15 задействованных в «Цитадели» дивизий 10(!) пошли в бой в урезанном составе.
• План с нанесением удара по флангам Курской дуги, то есть именно там, где их ждут в надежде, что новые танки пробьют любую оборону. Идею нанести удар на Курск в лоб с запада, а затем атаковать развернутые фронтом на север и на юг советские войска с тыла не приняли.

Битва

На северном фасе Курской дуги, где танкоопасных направлений было не так много, командующий Центральным фронтом Рокоссовский сумел как следует укрепиться. Противостоящий ему фельдмаршал Модель располагал не самой мощной танковой группировкой из шести танковых дивизий, одного батальона «Тигров» и двух батальонов «Фердинандов», к тому же Модель, считавшийся «гением обороны», наступать не особо любил. В результате немцам удалось ценой значительных усилий прорвать первую линию советской обороны, но дальше они пройти не сумели. Рокоссовский, в свою очередь, попытался нанести контрудар силами 2-й танковой армии, результат которого немного предсказуем: потеряно полторы сотни танков, противник остался на занимаемых позициях.

На южном фасе Курской дуги ситуация была сложнее — еще с весны там находился весьма значительный танковый кулак, состоящий из отступивших с Кавказа и от Сталинграда немецких дивизий и прибывшего весной танкового корпуса СС — всего пять танковых, три эсэсовских и одна панцергренадерская («Гроссдойчланд») дивизии. К тому же местность в районе Белгорода была вполне благоприятной для наступления и Манштейн нанес удары сразу в двух направлениях: на север, к Курску и на восток, южнее Белгорода, логично рассчитывая, что хоть один удар пробьет оборону. Наиболее же сильная советская армия вовсе оказалась в стороне от немецкого наступления — Ватутин игру в угадайку проиграл.

В первый же день немцам удалось прорвать оборону 6-й гвардейской армии и окружить часть ее сил. Предпринятая контратака силами 5-го гвардейского танкового корпуса закончилась с известным результатом — корпус попал под огонь немецких танков, потерял кучу техники и с трудом сумел уйти из намечавшегося окружения. Командир 1-й танковой армии Катуков, видя такое дело, контратаковать вообще отказался (хотя он-то как раз и имел все шансы стукнуть немцам во фланг). Так или иначе, к 12 июля немецким войскам удалось выйти к реке Псёл в районе Прохоровки, им на встречу выдвинули резервы — 5-ю гвардейскую танковую армию Ротмистрова и 5-ю гвардейскую армию Жадова. Кроме того, южнее Прохоровки оборонялся 2-й гвардейский танковый корпус и туда же выдвигался 2-й танковый корпус, которые также оперативно подчинили Ротмистрову.

12 июля состоялось знаменитое сражение под Прохоровкой. Если коротко, то 10-11 июля немцы западнее Прохоровки вышли к реке Псёл и захватили на ее северном берегу плацдарм. Армия Жадова должна была выйти к плацдарму с севера, блокировать его и при возможности — могучим пинком отправить немцев через Псёл вплавь. Армия Ротмистрова от Прохоровки должна была двигаться вдоль южного берега Псёла, выйти в тыл немецкому плацдарму и брать бегущих от Жадова немцев тепленькими. Но с другой стороны тоже сидели не дураки и 11 июля на южном берегу заняли оборону немцы, причем заняли они именно то поле, на котором должен был разворачиваться для атаки Ротмистров. В результате, вместо одновременной атаки почти четырьмя сотнями танков и САУ, которая вполне могла и тупо раздавить немцев, у которых оставалось уже не по полторы сотни, а по 50-70 танков на дивизию, массой, в атаку двинулся сначала один корпус, а за ним второй, 5-й гвардейский мехкорпус у Ротмистрова изъяли накануне сражения и растащили по бригадам в помощь Жадову и двум вторым танковым корпусам. Оба корпуса понесли потери, советским танкам удалось добраться до немецких артиллерийских позиций и немного поиграть в догонялки с артиллеристами, но в конечном итоге успехи Ротмистрова ограничились захватом совхоза Октябрьский. На плацдарме же немцы сумели упредить советский контрудар и попытались рвануть на север, в результате вместо сбрасывания немцев в реку, Жадову пришлось занимать оборону и отражать вражескую атаку. Советские войска потеряли около трех сотен танков (не все безвозвратно, но сгоревших и не эвакуированных было немало), немцы потеряли около сотни машин, но большую часть смогли оттянуть в тыл. В итоге контрудар оказался явно неудачным, но и немцы от Прохоровки на север не пошли (хотя тут скорее сочетание нескольких факторов: прекращения наступления на северном фасе, появление свежих сил севернее Псела и атака вторых танковых корпусов, которые следующие двое суток немцы пытались окружить и убить (окружить удалось, убить — не очень))

С Ротмистрова, разумеется, потребовали объяснений, но он сумел отговориться, свалив причины неудачи на недостатки техники. Учитывая, что действия всех остальных танковых армий также сопровождались значительными потерями при явно неоднозначных результатах, никаких дисциплинарных мер воздействия к Ротмистрову не применялось. Тем не менее, звезду Героя в ходе войны Ротмистров так и не получил, а с командования армией в конечном итоге снят (но с повышением — в заместители командующего автобронетанковыми войсками)

Второй фронт 1942—1944

США, вступившие в войну в декабре 1941, внезапно обнаружили, что их вооруженные силы к войне готовы еще хуже, чем та же РККА летом 1941: армия представлена десятью регулярными пехотными дивизиями, семь из которых развернуты в 1939-41 годах, восемнадцатью дивизиями нацгвардии, укомплектованными по штатам 1918 года, подвижные войска состоят из одной моторизованной, двух кавалерийских и пяти свеженьких (1940-41) танковых дивизий.

В начале 1942 года США начали спешное наращивание своих бронетанковых сил — к 15 ноября 1942 года были сформированы 6-я — 14-я танковые дивизии, а в первой половине 1943 года — 16-я и 20-я. И американцы при формировании своих дивизий радостно прыгнули на грабли, уже приложившие в лоб французских, английских и советских танковых генералов:

• Танковый полк образца 1942 года включал в себя батальон легких танков (54 М3 «Стюарт»), два батальона средних танков (108 М3 «Ли» или М4 «Шерман») — всего 216 средних и 108 легких танков в двух полках.
• Мотопехотный (встречается также красивый термин «бронепехотный») полк состоял из стандартных трех батальонов (но все — на БТР, прошу отметить), без серьезной артподдержки (но каждая пехотная рота и роты управления полка и батальонов располагали отделениями ПТО) — всего три тысячи человек.
• Артиллерийская бригада располагала тремя отдельными дивизионами по 18 самоходных 105-мм гаубиц в каждом.
• Ноу-хау американских танкистов были отдельные «боевые командования» внутри дивизии — «свободные» штабы, под управление которых в боевых условиях передавались полки и отдельные батальоны.

Первые столкновения с немецкими войсками в Африке в ноябре-декабре 1942 года показали, что танков в дивизии слишком много, пехоты слишком мало, а штабов (дивизионный, два бригадных, три полковых и артиллерийский) — явный переизбыток. Многочисленные противотанковые 37-мм орудия, составлявшие основу американской ПТО, продемонстрировали свою полную бесполезность и были быстро выведены из первой линии и заменены столь же многочисленными «базуками» и выпускавшимися по лицензии британскими 6-фунтовыми орудиями.

Проблемы, с которыми столкнулись в Африке, а затем и в Италии американские 1-я и 2-я бронетанковые дивизии привели к серьезному пересмотру оргштатной структуры большей части американских танковых дивизий:

• Полковое звено во всех дивизиях (кроме 2-й и 3-й, оставленных на случай если эксперимент с переформиоованием будет неудачным и довоевавших в штате 1942 года до победы) упразднялось. Управление войсками в бою ложилось на боевые командования «А», «B» и «R».
• Танковые войска в дивизии нового образца были представлены тремя отдельными батальонами — по 56 «Шерманов» и 17 «Стюартов» в каждом — всего 219 машин.
• Количество мотопехоты не изменилось — просто вместо трехбатальонного полка в дивизию стали входить три отдельных батальона.
• Артиллерийская группировка также не претерпела изменений — три 18-орудийных дивизиона со 105-мм самоходными гаубицами.

Именно такие дивизии и пошли в бой против немцев во Франции летом-осенью 1944 года.

Кроме танковых дивизий, армия США располагала также отдельными танковыми батальонами и дивизионами самоходных истребителей танков, которые при необходимости придавались пехотным частям. Причем, как и в РККА конца войны, такие батальоны часто вооружались специальными танками — тральщиками, огнеметными танками или танками с системой DD. Всего к концу 1944 года во Франции действовали 31 отдельный танковый батальон и 52 дивизиона истребителей танков.

В Великобритании ситуация с развитием бронетанковых войск была ничуть не лучше: до лета 1940 года были сформированы всего три танковых дивизии (1-я и 2-я в метрополии и 7-я в Египте), причем 1-я дивизия в ходе боев во Франции понесла значительные потери, а 2-я оказалась разгромлена в Африке весной 1941 года и больше не восстанавливалась. Британские дивизии также были перегружены танками (две бригады крейсерских танков по 166 машин в каждой) и не имели в своем составе пехоты вообще — только осенью 1940 в каждой танковой бригаде появилось по мотопехотному батальону, третий батальон прописался в штабной бригаде. Именно по этому штату была переформированы 1-я и 7-я и сформированы с нуля Гвардейская, 6-я, 8-я, 9-я, 10-я, 11-я, 42-я и 79-я бронетанковые дивизии.

Только в феврале 1942-го года был принят новый штат: «организация № IV» (ближневосточная): в дивизии оставалась одна бронетанковая бригада (три танковых и моторизованный батальоны, артдивизион с 25-фунтовками и противотанковыми пушками, батарея ПВО, саперные и санитарные части), одна моторизованная бригада (три мотопехотных батальона, артдивизион), артполк и тыловые части — 183 крейсерских танка + 18 танков поддержки с 75-мм гаубицами, 48 25-фунтовых легких гаубиц. С мая 1942 по примерно аналогичному штату № V были переформированы дивизии в метрополии — в этом варианте дивизионы гаубиц не раскидывались по бригадам, а сводились в один артполк.

6-я (апрель 1943) и 7-я (март 1944) версии организации танковой дивизии принципиально уже ничего не меняли: был введен танковый разведывательный полк (40 крейсерских танков и 6 танков поддержки), зенитные батареи танковых бригад и часть гаубиц и противотанковых орудий были переведены с мехтяги на самоходки, в штат пехотных частей вводились пружинно-реактивные гранатометы PIAT и так далее. В итоге к лету 1944 года британская танковая дивизия имела 246 танков (формально крейсерских, но де-факто это были в основном «Шерманы»), 48 легких гаубиц (половина на мехтяге, половина — САУ), столько же 17-фунтовых ПТО (тоже половина на мехтяге, половина — САУ) и больше сотни «Бофорсов» и «Эрликонов» в частях ПВО.

Отдельно стоит сказать о 79-й танковой дивизии: в 1943 ее признали лишней и расформировали, но перед высадкой в Нормандии дивизию создали вновь как специализированную часть поддержки пехоты: в ее составе были объединены многочисленные инженерные машины — танки-тральщики, мостоукладчики, самоходные прожекторы и так далее.

В качестве средства поддержки пехоты британская армия использовала отдельные бронетанковые (укомплектованные все теми же крейсерскими танками или ленд-лизовскими «Шерманами») и армейские танковые бригады (вооружавшиеся пехотными танками — «Матильдами», «Валентайнами», «Черчиллями»).

Помимо английских и американских танковых войск, в Европе действовали также 1-я и 2-я французские, 4-я и 5-я канадские и 1-я польская бронетанковые дивизии, формировавшиеся по американским (французские дивизии) и английским (канадские и польские дивизии) штатам.

• Июнь 1944 — «Оверлорд» и апофегей. Всё нажитое непосильным трудом брошено на нормандские пляжи. В их числе:
  • Корабли:
    • Штурмовые катера LCA (те самые которые в «Рядовом Райане») и LCVP, оба на 30 чел.
    • Десантные катера LСI в десятке модификаций: пехотный (200 чел), огневой поддержки (пушки/минометы/катюши), штабной…
    • Танкодесантные катера LCМ (на 1 танк) и корабли LST (на 18 штук).
    • Танкодесантный же LCT (на 2 танка) и его ракетная модификация (в залпе свыше 1000 ракет калибра 3 дюйма, типа наших М-8).
  • Танки США:
    • Десантный танк «Локаст» (доставлялся на планерах) 37 мм пушка, пулемет. Считается одним из наибольших провалов в истории танкостроения, поскольку к 1944 году (когда он пошел в серию) был уже неспособен противостоять практически ничему, при этом для доставки на планерах его приходилось разбирать (в отличии от Тетрарха), в результате этого получился «M3 Стюарт для бедных», от которого отказалась американская армия, а британская применяла его с огромной неохотой.
    • Легкий танк «Стюарт» — 37-мм пушка, несколько пулеметов
    • Средний танк «Шерман» — 75-мм или 76-мм пушка, пулеметы.
  • Танки Британии:
    • Десантный танк «Тетрарх» (доставлялся на планерах) 2-фунт. пушка, пулемет.
    • Средний танк «Кромвель» — 75-мм пушка или 95-мм гаубица на паре сотен танков поддержки. Результат радикальной доработки «Крусейдера».
    • Средний танк «Кентавр» — невезучий собрат «Кромвеля» с той же башней и корпусом, но более слабым двигателем. Предполагался, как временное решение на случай, если двигатель «Кромвеля» готов не будет, в итоге оказался непригоден к службе. Около сотни машин с 95-мм гаубицей приняли участие в высадке в составе Royal Marine Support Group, которые планировали применить их как ДОТы (оттого и безразличие к двигателям), но пришлось поездить.
    • Тяжелый танк «Черчилль» с той же 75-мм пушкой.
    • «Sherman Firefly» — тот же «Шерман» но с мощной 17-фунтовой английской пушкой с жуткими показателями бронепробиваемости — 111 мм обычным и 161 мм подкалиберным снарядом на дистанции 1 800 метров. Переделывался англичанами из серийных «Шерманов» с пушкой М3, всего модернизировано более 2 тысяч машин (из них 700 — к августу 1944)
  • Самоходки:
    • М18 «Hellcat» — легкая противотанковая САУ с 76-мм пушкой М1.
    • М10 «Wolverine» — средняя противотанковая САУ на базе «Шермана» с 76-мм орудием в открытой сверху вращающейся башне. Поставленные по ленд-лизу британцам «Росомахи» были перевооружены 17-фунтовками и получили наименование «Ахиллес».
    • М36 — созданная на базе М10 противотанковая САУ с новой 90-мм пушкой. Что характерно, американцы вплоть до высадки в Нормандии не видели смысла в новой противотанковой самоходке, но уже 6 июля командование ВС США в Европе затребовало как можно быстрее заменить М10 на М36.
    • «Archer» — британская противотанковая САУ — все та же 17-фунтовка на шасси танка «Валентайн», причем с весьма нетрадиционной компоновкой: пушка смотрела в корму, что по задумке облегчало смену позиции при использовании машины в засаде.
    • М7 «Priest» — 105-мм самоходная гаубица на базе М3 «Ли» или M4 «Шермана» (шасси ведь одинаковые), заменили буксируемые гаубицы в танковых дивизиях США, несколько сотен использовались англичанами и французами.
    • «Sexton» — канадская самоходная 25-фунтовая (88-мм) гаубица на базе танка «Рэм» (канадская переделка М3 «Ли» в танк нормального человека), являлась основной в британской и канадской армиях.
    • М13/М14 и М16/М17 — зенитно-пулеметные САУ на базе БТР М3/М5 со спаренной или счетверенной 12,7-мм пулеметной установкой соответственно. М13, М14 и М16 применялись на Западном фронте США и Великобританией, все М17 (1000 машин) были переданы СССР.
    • М15 — пушечная ЗСУ на базе все того же бронетранспортера М3 — 37-мм зенитка и два 12,7-мм пулемета. Использовалась в основном США, около сотни уехали в СССР.
    • «Crusader AA» — британские ЗСУ на базе танка «Крусейдер» с 40-мм автоматом «Бофорс», спаркой 20-мм автоматов «Эрликон» или «Полстен» (упрощенный вариант «Эрликона», внезапно, польской разработки).
    • «Centaur AA» — аналогичная ЗСУ на базе танка «Кентавр», тоже со спаркой «Полстенов».

• • Саперные спецсредства:
    • Мостовой танк Churchill Ark
    • Самоходная 290-мм дульнозарядная (!!) мортира Churchill AVRE (Armored/Assault Vehicle Royal Engineers). На редкость идиотский агрегат — при грозном калибре имел дальность стрельбы аж в 50 метров (из-за того, что главный калибр — миномёт с крааайне низкой скоростью полета снаряда, так как при большей выталкивающей силе у танка просто ломались бы гусеницы от отдачи) и, как было упомянуто выше, заряжался снаружи, но была изготовлена почти тысяча, а после войны — ещё сотня улучшенного варианта с традиционной 165-мм гаубицей, которая за счёт нормального снаряда имела ту же мощность при адекватной дальности стрельбы и казнозарядности
    • Churchill Bobbins — раскатывает с бобин дорожное покрытие для прохода пехоты и колесных машин
    • Машина разминирования Bullshorn Plough на базе многострадального «Черчилля». Плуг и есть.
    • Sherman Crab — тоже машина разминирования, но с цепным барабаном. N.B. Это не ТОТ краб!
    • Огнеметный танк Churchill Crocodile.
    • Duplex Drive — «Шерман» оборудованный устройством для плавания в виде ширмы по периметру корпуса.
    • Churchill Fascine — носитель фашин. Без башни. Вариант, опробованный еще в 1-ю мировую.
  • Легкая бронетехника:
    • M8 Greyhound — разведывательный броневик США. Формула 6x6, 37-мм пушка в башне, 8 тонн, 13-19 мм лобовая броня, 10 мм бортовая, экипаж — 4 человека. Не без оснований считается одним из лучших бронеавтомобилей ВМВ, сочетая сравнительно небольшую массу, вооружение и защиту достаточные для борьбы с одноклассниками, солидную скорость и проходимость, впечатление портили только не совсем достаточный запас хода и теснота (экипажи бронемашин очень широко практиковали разные её переделки, чтобы уменьшить этот недостаток — переносили рациостанцию к помощнику водителя, личные вещи хранили в брезентовых тюках на наружной броне с выламыванием креплений под них внутри машины, меняли расположение боеукладки). Производился в просто огромных количествах, настолько что предельно насытив ими танковые дивизии (по разным штатам требовалось 40-60 штук на дивизию), их стали передавать даже в пехотные полки!
    • Полугусеничный БТР Half-Track M2, М3, М5 и М9 США (3 + 10 чел). Выпущено более 50 тысяч штук и в качестве БТР и различных шасси для САУ и тягачей. Широко поставлялись по ленд-лизу союзникам.

Финал 1944—1945

СССР

Курская битва показала, что фактически не обновлявшийся с 1941 наш танковый парк уступает противнику. Как следствие, во второй половине 1943 года возобновились работы по модернизации Т-34:

• Предпринимались попытки кардинальной модернизации Т-34 по образцу ещё довоенного Т-34М:
  • Замена свечной подвески Кристи (грубо говоря по пять почти вертикальных штыря-балансира по бортам, служащих опорами мощным пружинами) на торсионную.
  • Размещением двигателя поперек корпуса (чему в оригинальном Т-34 мешали те самые пружины и балансиры свечной подвески) и перемещением башни из передней трети корпуса к его геометрическому центру и усилению за счет этого лобовой брони корпуса.
  • Попытки усилить вооружение заменой 76-мм орудия на 85-мм и даже 100-мм.
  • Например таковы были Т-43, КВ-13, но они были отвергнуты, но обнаружилось в ходе испытаний новой башни под Т-43, что возможно ее установка и на Т-34, а так как проще организовать производство нового орудия и башни, чем танка то был выбран этот вариант, но наработки по ним были учтены в следующем проекте танка.
  • В конце 1944 года на восстанавливаемом заводе в Харькове в производство пошел танк Т-44, но до мая 1945 года было выпущено всего около 200 машин и в боевых действиях они участия не принимали.
• В начале 1944 в производство был запущен танк Т-34-85. Корпус танка, чтобы не снижать темпов производства, оставили почти без изменений, зато на башне (от Т-43) конструкторы, что называется, оторвались: новая башня стала трехместной, с усиленным лобовым бронированием (до 100 мм), с командирской башенкой и с новой 85-мм пушкой. С марта 1944 года новые танки пошли в крупносерийное производство, а к августу было полностью прекращено производство Т-34-76.
• Ещё до разработки Т-34-85 была начата ускоренная разработка самоходки СУ-85 с орудием на базе 85-мм зенитки на базе «тридцатьчетверки». После запуска в серию Т-34-85 существование отдельной самоходки с аналогичным по характеристикам орудием утратило смысл и весной-летом 1944 года испытывались новые САУ с длинноствольными 85-мм пушками, 122-мм пушкой Д-25 и новым 100-мм орудием на базе корабельной зенитки Б-34. В конечном итоге именно последний вариант был принят на вооружение и с сентября 1944 года в серию пошла противотанковая самоходка СУ-100 с новым орудием и усиленной по сравнению с СУ-85 лобовой броней. На фронте новые самоходки появились в самом конце войны, но успели принять участие в боях под Балатоном, боях в Верхней Силезии, битве за Берлин и в боях против Японии.
• КВ-1с в течение всего 1943 года производили в весьма небольших количествах, а в августе вообще сняты с производства. Так как ни защищенности, ни по вооружению не имели превосходства над Т-34, а по подвижности здорово уступали.
• С августа по ноябрь производился КВ-85, технически являющийся незначительно переделанным КВ-1с с 85-мм орудием Д-5Т в новой башне от ещё разрабатывающегося ИС-1. ввиду отсутствия альтернатив, производился мелкосерийно — дули на воду после мучений с доводкой КВ. По массе не особо отличался от КВ-1с, но был куда солиднее защищен, правда из-за гемора при прокатке брони 90 мм и более и ее сборки фактическая защищенность оказалась неудовлетворительной, а из-за поганного качества изготовления снарядов его 85-мм орудие не могло гарантированно поражать «Пантеру» в лоб с дистанций более 500 мм, а сам поражался ей с дистанции уже в 1000 м. В ноябре в серию наконец-то пошел ИС-1/ИС-85 с той же башней, ходовой и двигателем, но улучшенной трансмиссией и облегченным корпусом при том же бронировании. Производился он недолго и немного (107 штук) в связи с неудовлетворительностью 85-ки — нужно было орудие побольше.
• С января 1944 года ИС-1 был снят производства и заменен на ИС-122, он же ИС-2, вооруженный 122-мм пушкой, способный вывести из строя любой танк вермахта с одного попадания любым снарядом даже без пробития брони даже на дистанции 1500 м и более, а вот они его уже не могли надежно поразить с дистанции более 800 м (качество брони и её сборки резко выросло). А вот его ОФС с 4 кг ВВ позволяли быстро разносить любые полевые полевые укрепления вермахта вплоть до бетонированных ДОТов.
  • Но была и ложка дегтя — теснота, малый боекомплект с раздельным заряжанием и малой скорострельностью, прелести заряжания 20-кг снарядов. Отличался хоть отнюдь невыдающимися динамическими характеристиками и не был уж очень легким в вождении и подвеска не позволяла вести огонь на ходу, но свои 12-15 км/ч в течение 10-12 ч по бездорожью выдавал уверенно, управляемость имел вполне адекватную, надежность имел неплохую (это всё было недостижимо для «Тигра» и чревато внеплановым капремонтом ходовой для «Пантеры»). Передаточные числа были подобраны куда удачнее, чем у Т-34, который из-за этого хронически недобирал до максимальной скорости (48-52 км/ч по шоссе при массе 25 тонн в 1941 году, а после «лечения» КПП в 1944 году выдал аж 52-55 км/ч при массе в 30 тонн, мощность двигателя оставалась неизменной).
• Практически одновременно (с декабря 1943) в производство была запущена тяжелая самоходка ИСУ-152 на шасси ИС, сменившая в производстве созданную на базе КВ СУ-152. Эта САУ также обладала выдающимися танкобойными характеристиками (правда, как и СУ-152, проблемой была низкая скорострельность) и способностью одним своим видом разрушать немецкие полевые и долговременные укрепления.
• Наконец, в апреле 1944 года в производство пошла еще одна тяжелая самоходка — ИСУ-122, получившая вместо мощной, но тяжелой и нескорострельной пушки МЛ-20С более легкую и удобную для борьбы с танками пушку А-19С (122-мм снаряд был вдвое легче — 25 кг против 40-48 кг и компактнее — боекомплект ИСУ-122 составлял 30 снарядов против 20 у ИСУ-152).
  • С августа 1944 ИСУ-122 изготовлялись в версии ИСУ-122С — вместо А-19С с поршневым затвором на них ставились аналогичные по калибру и боеприпасам пушки Д-25С с клиновым затвором, аналогичные пушкам танка ИС-2.
    • Установка в САУ аналогичной с базовым танком пушки не была глупостью и излишеством — за счёт более просторного боевого отделения у неё была более высокая скорострельность (4-5 выстрела в минуту против 2-3 у танка) и больший возимый боекомплект, за счёт более жесткой установки орудия и более эффективных противооткатных устройств оно было и намного более точным, с артиллерийской панорамой хорошо подготовленные экипажи вполне уверенно поражали цели на дальностях 2 км и более, а также могли эффективно вести огонь даже с закрытых позиций.
• Последним тяжелым танком военного времени стал ИС-3, модификация ИС-2 с улучшенной бронезащитой, в частности лоб корпуса получил «щучий нос». Поскольку первые ИС-3 были выпущены в апреле, на фронт до окончания боевых действий танк попасть не успел, однако на параде в сентябре 1945 года эти танки нагнали изрядно страху на союзников — ибо средств эффективной борьбы с ними как-то не завезли.

Что же касается легких танков и самоходок, то здесь никаких изменений не произошло: в производстве оставалась только СУ-76, зато наклепали их в 1944-45 годах более 12 тысяч (к концу войны в войсках имелись уже не только самоходные артполки в подчинении стрелковых, танковых и механизированных корпусов, но и дивизионы СУ-76 в составе стрелковых дивизий). В самом конце войны на базе СУ-76 была создана первая отечественная зенитная самоходка ЗСУ-37, но ее производство было развернуто уже после войны, построено их было около сотни и в эпоху реактивной авиации они были уже никому не нужны.

Самое же главное было в другом — в возросшей боевой выучке и тактической грамотности советских танкистов и не только. Несмотря на то, что в 1944 году Рейху почти удалось догнать СССР по производству танков с САУ и уверенно сделать его по производству вспомогательной техники именно на этот год приходятся самые эпические поражения Вермахта и погром его танковых войск. В 1944 году СУ-76 уже не называли «сукой», а рассматривали как самоходную пушку ЗиС-3; только самые безграмотные командиры продолжали видеть в самоходках «испорченный танк»; за постановку САУ в общие боевые порядки с танками теперь уже ясно светил штрафбат, равно же как за попытку приданные пехоте СУ-76 ставить впереди боевых порядков использовать как их укрытие — им полагалось наступать во второй линии и вести прицельный огонь по выявленным пехотой огневым точкам или легкой бронетехнике; простоватые лобовые атаки «а-ля 1941—1942» сменились глубокими обходными маневрами в тыл и наматыванием вермахтовских тыловиков на гусеницы.

Германия

1944 год для немцев шел под лозунгом тотальной мобилизации — последний полный год Третий Рейх явно старался произвести все то, чего немцам не хватило в 1941-43 годах:

• Вплоть до конца войны сохранялся в производстве заслуженный Pz.Kpfw. IV моделей H и J (упрощенная версия, практически идентичная Н по вооружению и бронированию).
  • Напоминаем, что Pz.Kpfw. IV был разработан в 1936 году и производился не потому, что Крупп создал настолько замечательный танк, а из-за неспособности Рейха производить как минимум 6000 «Пантер» в год и отсутствия других альтернатив — напоминаем, что в качестве массового среднего танка планировался Pz.Kpfw.III, но из грубейших конструкторских просчетов (недостаточный диаметр погона башни и нерациональная компоновка моторного отсека) при тех же, что и у Pz.Kpfw. IV габаритах его просто оказалось невозможно модернизировать — ни длинноствольную пушку, ни новый движок, ни усилить броню на существующем шасси уже было просто нельзя. Кредит же доверия Даймлера у вермахта к 1943 году стал настолько низок, им не доверили доработку шасси танка (боялись, что это затянется на долгие годы, хотя Даймлер и заваливал отдел вооружений такими прожектами), ни даже разместить производство Pz.Kpfw. IV на их мощностях (опасались диверсий и срыва поставок).
  • Крупп тоже не справлялся с поставками, но вермахт выручили австрийские и чешские товарищи сумевшие наладить сборку Pz-IV на своих мощностях (в 1944 году дали больше танков, чем сам Крупп). Но к 1944 году весь запас массы Pz.Kpfw. IV на модернизацию был и выбран и превышен — при массе 25 тонн (изначально 18 тонн) трансмиссия и ходовая работали уже на пределе, из-за чего скорость по бездорожью пришлось ограничить до 10-12 км/ч. На версии J пришлось пойти на радикальные упрощения конструкции — убрать электродвигатель для поворота башни (оставили только ручной привод), убрали смотровые приборы наводчика и ухудшили всю оптику, 12 литровый двигатель от Майбаха упростили по конструкции и уменьшили его мощность на 10 % (270 вместо 300 л. с.) и увеличили его массу (использовали везде где можно, чугун, дающий при попадании осколки, вместо цветных металлов), также упростили коробку передач. Так что произошло падение реальной боевой мощи танка, ставшего менее управляемым, более тихоходным и «слепым».
• Удалось нарастить производство «Пантер» до почти 4 тысяч машин в год (тоже пришлось пойти на частичный даунгрейд).
• В январе пошел в производство а с мая начал поступать в войска альфа-самец немецкого танкового «зверинца» — тяжелый танк Pz.Kpfw. VI Ausf.B Tiger II, более известный как «Королевский Тигр».
  • Но это был не вин, а фейл — выше уже писали, что «Тигр» и «Пантера» были уже приняты на вооружение с гигантским перевесом (45 вместо 35 и 57 вместо 45 тонн) и поэтому не имели ни малейшего резерва на усиление вооружения и бронирования. Так что под полноразмерную «ахт-ахт» 88-мм пушку Kw.K. 43 L/71 и ещё более толстую броню и пришлось городить новое и ещё более монструозное шасси, в котором тоже не уложились в проектную массу ни в 55 тонн, ни даже в 60 тонн — по факту 68 тонн.
• Активно выпускались самые разнообразные самоходки, благо в большинстве случаев производство САУ обходилось дешевле производства танка. Помимо столь же заслуженной, как и «четверка» StuG. III (чтобы хоть как-то использовать производственные мощности Даймлера) в производство пошли:
  • StuG. IV — полный аналог StuG. III, выполненный на базе Pz.Kpfw. IV из соображений унификации.
  • Jagdpanzer IV — снова Pz-IV с родной пушкой (75-мм L/48) либо с пушкой с «Пантеры» (75-мм L/70) в неподвижной рубке, в отличие от «четвертого штуга» — специально разработанная ПТ-САУ.
  • Jagdpanzer 38(t) — бюджетная версия «штурмгешютцев» и «ягдпанцеров» на базе Pz-38(t), предназначенная для вооружения противотанковых дивизионов в пехотных дивизиях. Благодаря удачной форме корпуса, низкому силуэту и приличной маневренности был весьма неприятным противником для советских танков. И в общем-то максимумом, который можно было выжать из несчастного чешского танка.
  • Jagdpanther и Jagdtiger — а вот тут экономией бюджета уже и не пахло: суперсамоходки на базе «Пантеры» с опробованной еще на «Фердинандах» 70-калиберной 88-миллиметровкой и «Тигра II» с откровенно монструозной 128-мм пушкой на базе зенитки, дорогие, медленные, тяжелые (даже перетяжеленные) и способные убить даже американскую самоходку Т28, появись она на поле боя.
  • Sturmtiger (труъ. Panzerkampfwagensturmmoerser 606/4 mit 38 cm Raketenwerfer 61) — еще одно рожденное сумрачным тевтонским гением творение — 380-мм реактивная мортира на шасси «Тигра». Но эта машина явно опоздала родиться: в 1942 году даже пара таких монстров решила бы судьбу любого дома Павлова, новороссийского цементного завода или сталинградского элеватора, но в 1944 пользы от супер-бомбомета не было уже никакой.
• Важным достоинством немецких войск было наличие большого парка зенитных самоходных установок, в том числе ЗСУ на шасси серийных танков:
  • Flakpanzer 38(t) — одноствольная 20-мм зенитка на шасси Pz.Kpfw. 38(t). Выпущено 140.
  • Flakpanzer IV «Möbelwagen» — 37-мм пушка на шасси «четверки». Названием обязана предельно примитивной форме боевой рубки: четыре броневых листа в походном положении образовывали что-то вроде квадратного кузова («мебельного фургона»), а в боевом положении откидывались в стороны, расширяя зенитчикам пространство для маневра. Выпущено 240.
  • Flakpanzer IV «Wirbelwind» — счетверенная 20-мм зенитная установка, снова на шасси «четверки». Зенитный автомат располагался в специально спроектированной башне, обеспечивавшей возможность стрельбы по воздушным и наземным целям уже без откидывания бортов. На базе «Вирбельвинда» также были спроектированы варианты ЗСУ «Кугельблиц» (две 30-мм пушки в закрытой башне с качающимся механизмом) и «Истребитель-45» (с четырьмя авиационными 30-мм пушками), но они в серию не пошли. Выпущено чуть больше сотни.
  • Flakpanzer IV «Ostwind» — тот же «Вирбельвинд», но с одной 37-мм пушкой. Выпущено около 50 (точные данные, как и с Вирбельвиндом, неизвестны из-за околокустарного характера производства).
  • В апреле 1944 был дан контракт на изготовление 22 САУ на шасси Pz.Kpfw. III по образцу Оствинда (с одной 37-мм). Судя по всему, дело это не началось, поскольку поражение Германии близилось, да и вряд ли много пригодных Pz.Kpfw. III сохранилось, однако желтоватый, но популярный сайт Tanks-encyclopedia.com утверждает об обратном, мол, все 22 САУ были построены и использовались, да вот фото не сохранилось.

Как видим, Рейх в течение 1944 года в производстве держал аж семь разных танковых шасси (Pz.Kpfw. III, Pz.Kpfw. IV, Pz.Kpfw. V, Pz.Kpfw. VI Ausf.E, Pz.Kpfw. VI Ausf.B, Pz.Spaeh.Wg. II Luchs, Pz.Kpfw. 38(t)), что совершенно не облегчало жизнь танкистов вермахта по обслуживанию всего этого зоопарка. Но все титанические усилия немецкой промышленности в итоге обеспечили только восполнение потерь пятящихся, затем отступающих, и в итоге бегущих немецких войск.

Тихоокеанский ТВД

На Тихом океане танковых сражений не было. Негде развернуться: море, крошечные атоллы, непролазные джунгли… Танки могли использоваться только для поддержки пехоты. Впрочем, был еще и Китай с Монголией…

Ну, как — не было. Танчики вяло использовались японцами (список где можно полюбоваться на горелые Чи-Ха — в википедии) и американцами. Вроде как где-то в фильмах даже мелькали попытки этих танчиков друг в друга стрелять, хотя по большей части американцы месили японцев из базук, а японцы американцев из артиллерии и в рукопашную, штыками, видимо полагая что американские танки имеют те же щели что и японские.

Япония

Неоднократно было отмечено: армия и флот Японии готовились в 1930-х к разным войнам.

• Флот точил зубы на южные моря, замахивался даже на США, строил для этого авианосцы, линкоры и крейсеры.
• Армия смотрела на север и запад: Китай, Вьетнам, Монголия, возможно Россия… Там нужны танки и пушки.

Средств на всё у небогатой Японии, понятно, не было. В жестоких спорах победил флот, ресурсы пошли в основном на корабли, сухопутным войскам порезали финансирование так жестоко, что его не хватало даже на оснащение современным стрелковым оружием. Но тем не менее уже тогда у японцев была очень сильная инженерная школа и им удалось даже в условиях крайне скудного финансирования и слабой производственной базы (флот подчистую загружал все сколько-нибудь значительные и хорошо оснащенные заводы), освоить немало интересных новшевств — дизельный двигатель, весьма компактную и надежную подвеску типа «Хара», оригинальную конструкцию трансмиссии благодаря которой при переднем расположении трансмиссии их танки отличались весьма примечательной компактностью (янки из своих Шерманах-Грантах при той же компоновке сооружали пагоды высотой 3 м и выше). Японские танки отличала совершенно невероятная теснота даже по меркам тех лет, вызванная желанием армии получить возможно больше танков в условиях крайне ограниченных ресурсов. Но тем не менее японцам удалось создать довольно интересную линейку танков:

• Йи-Го, 1929, 1-57-мм пушка, 2 пулемета. Построено 400. Внешне — увеличенный FT-17. Но при этом — первый в мире (!) дизельный танк.
• Те-Ке, 1937 г, 1-37-мм пушка, пулемет. Построено 600.
• Ха-Го, 1936, 1-37-мм пушка, 2 пулемета. Построено свыше 2000.
• Чи-Ха, 1938, 1-57-мм пушка, 2 пулемета. Построено свыше 1000.
• Чи-Хе, 1943, 1-47-мм пушка, 2 пулемета. Построено 170.
• Чи-Ну, 1943, 1-75-мм пушка, 2 пулемета. Построено около 100, точно неизвестно. Единственный полноценный японский средний танк уровня поздних немецких «троек». В боях не применялся, все выпущенные машины держали в Японии на случай высадки.
• Плавающий Ка-Ми, 1942, 1-37-мм пушка, 2 пулемета. Построено 180. Представлял собой обычный танк плюс носовой и кормовой поплавки, так что в собранном виде получался небольшой катер с хорошей мореходностью, скоростью 10 км/ч и автономностью свыше 100 км, что позволяло использовать его для самостоятельных десантов, да еще с пехотинцами на борту. При выходе на берег поплавки отцеплялись. Всё бы хорошо, но танк опоздал. Япония в конце 1942 уже оборонялась. Единственная крупная операция «Ка-Ми» — контрдесант на острове Сайпан летом 1944. Танки высадились на фланге американцев, но не имея авиационной и артиллерийской поддержки были блокированы и уничтожены. В дальнейшем «Ка-Ми», как и другие танки, применялись в основном как огневые точки при обороне островов.

Применение прочих танков, как было уже сказано, ограничивалось поддержкой пехоты. Никаких блицкригов японские теоретики не планировали. Например, в боях на Халхин-Голе участвовало только 87 танков из 100, вообще имевшихся в Квантунской армии: по 35 Ха-Го и Йи-Го и несколько машин других типов. Казалось бы, им бы сделать выводы, но нет…

США

Американцы перед войной тоже мало занимались танками, уделяя основное внимание флоту. На 1939 имелось порядка 1500 танков, из них 800 — постройки 20-х годов. Следя за делами в Европе, янки стали потихоньку проектировать и свою технику.

• M1/M2 Combat Car и M2 лёгкий, 1936 г. Два танка-близнеца для кавалерии и пехоты соответственно. Оба танка изначально имели одну башню с двумя пулеметами, но на M2 вскоре ввели две меньшие башни, поскольку танкистам было неудобно перепрыгивать через карданный вал. В 1939 году появился M2A4 с 37-мм пушкой, прямой предшественник Стюарта, M1 Combat Car был в то же время заменен M2 (не связанным с пехотным M2), все ещё с двумя пулеметами, но с характерной для Стюартов ходовой с прилегающим к земле направляющим катком. Несколько M2A4 воевали на тихоокеанском ТВД, остальные не воевали вообще, зато один M2A2 побывал в Антарктиде (и лежит там сейчас). Построено 150 и 700 соответственно.
• М2 средний, 1939 г. 37-мм пушка, характерная ходовая часть (с минимальными изменениями использованная позже в «Ли» и «Шерманах»), и… 8 (восемь!) пулеметов: два неподвижных в лобовой детали, четыре в цилиндрических установках по периметру башенного «пьедестала» и два зенитных, при этом был лишён спаренного пулемета. Построено 112. Не воевал.
  • В русскоязычных интернетах существует очень популярная легенда о том, что несколько M2 были поставлены в СССР и даже повоевали там. Это, очевидно, неправда — по американским отчётам M2 никуда не поставлялись, а два танка в 114-й дивизии — на самом деле M3 Стюарты, которые некоторое время регистрировались в СССР как M2 по ошибке (перепутали с M2A4), а потом кто-то перепутал лёгкий M2 со средним, и легенда родилась.
• М3 легкий «Стюарт», 1941, 37-мм пушка и всего 5 пулеметов. Выпущено более 23 тыс. (считая и более позднюю модель М5).
• М3 средний «Ли», 1941, 75-мм пушка в корпусе, 37-мм в башне, 4 пулемета. Особенностью танка было трехъярусное вооружение: над основной башней возвышалась еще командирская башенка с пулеметом. Версия с переделанной основной башней с расширенной кормовой нишей для радиостанции (у «Ли» она устанавливалась в корпусе) и лишённая этой самой пулеметной башенки именовалась «М3 Грант» и поставлялась Британии. Броня до 50 мм. Всего построено свыше 6000. Участвовал в боях в Северной Африке, поставлялся в СССР, являлся ОСНОВНЫМ средним танком США в боях на Тихом океане (в то время как более новые «Шерманы» шли в Европу). Благо для японцев и такой танк был серьёзной проблемой.
• М4 средний «Шерман» (1942) — основной танк США во Второй Мировой. 75-мм пушка, 3 пулемета. Использовался на всех театрах. Построено около 50 тыс. Подобно Т-34 бурно эволюционировал с 1941 по 1945 года. Его появление было связано с требованиями танкистов дать М3 «Генералу Ли» башню под 75 мм орудие. Он сохранил много его решений. Из-за неудачной компоновки — расположения трансмиссии в носовой части танка (от двигателя туды шли мощные валы и его надо было поднимать под их размещение) и звёздообразного верикального двигателя совсем немного уступал по высоте «трёхэтажному» «Генералу Ли».
  • С одной стороны боевое отделение вышло просторным, с другой это создало огромные проблемы с увеличением толщины брони при дальнейших модернизациях. Так самые ходовые модификации имели лобовую броню корпуса в 51 мм, бортовую в 38 мм (не наклонная), при массе в 31-33 тонны с 75-76 мм орудием. Т-34-85 будучи на 2-3 тонны легче имел наклонную 45-мм броню корпуса в 45 градусов и 85 мм орудие. Pz.IV поздних модификаций при массе 25-26 тонн имел более мощное 75 мм орудие и 80 мм лобовую броню! Американская пресса и научно-популярная литература (и оттуда иногда это просачивается даже в серьезные исследования!) упорно приписывают поздним модификациям Шермана лобовую броню в 75-100 мм и бортовую в 50-60 мм (не то чтобы это не так, но это либо послевоенные модификации, либо мелкосерийные вроде Шерман-Джамбо, либо переделки в полевых условиях с приклёпыванием-навариванием 15-30 мм листов брони на основную). Но самая беда была в том, что высокий Шерман был очень удобной мишенью на поле боя.
  • До перевооружения на орудие 76-мм M1 в 1944 году имел самое слабое вооружение среди всех средних танков-современников (75-85 мм орудия), даже с ним не мог надежно поражать лобовую броню Pz.V «Пантера». Англичане предпочитали перевооружать свои ленд-лизовские машины противотанковым 17-фунтовым орудием Mk.IV (увы, сама пушка и снаряды к ней были не такими уж дешёвыми и простыми в производстве и поэтому таких танков было немного). Из-за перефорсированной баллистики ствола Шерманы с 76 мм орудием имели малоэффективные фугасно-осколочные снаряды, уступая Шерманам с 75 мм орудием.
  • Высокая культура производства и развитость американской автомобильной промышленности способствовала тому, что танк имел отличнейшую подвеску, хорошее качество трансмиссии, очень плавный ход, хорошую управляемость. В немалой степени из-за этого в РККА он и был прозван «самый лучший танк для мирного времени». Но из-за высокого расположения центра тяжести танк нередко опрокидывался, резино-металлические шарниры для траков гусениц имели склонность легко повреждаться (на последних модификациях в меньшей мере).
  • Из-за двигательного голода и проблем с унификацией Шерман массово оснащался четырьмя с половиной типами двигателей: M4 и M4A1 — радиальный девятицилиндровый Continental R-975, M4A2 — GMC 6046, двухрядная шестицилиндровая спарка дизелей, M4A3 — V8-й Ford GAA, M4A4 — Chrysler A57, адский тридцатицилиндровый монстр, состоящий из пяти (!) автомобильных шестицилиндровых однорядных двигателей, соединенных на одной оси в подобие пятигранной призмы, M4A6 — Caterpillar D200, девятицилиндровый радиальный дизель (та самая половина, построено их было 75 и проявили они себя плохо, так и не повоевав). Место их применения также было регламентировано двигателем: M4 и M4A1 массово использовались американцами и британцами, но первые под конец войны заменили их на M4A3; M4A2 массово использовались морпехами США (но не армией, так как дизельные), британской и советской армией (у СССР — практически единственная модель, за исключением двух тестовых M4A4); M4A3 до 1944 года не использовались вообще из унификационно-логистических соображений, но с его началом стали основной моделью армии США за счет самого лучшего двигателя, на экспорт не поставлялись; M4A4 — основная британская модель, но были отвергнуты США и СССР из-за двигателя; M4A6 никогда не использовались, как написано выше.

• LVT — специфический тихоокеанский зверь: гусеничный транспортер-амфибия. В 1930-е годы подобные машины (без брони конечно) выпускались для фермеров, чтобы спасать скотину во время разливов Миссисипи. Сочетание плавучести, гусениц с высоким обводом (как у «ромбов» первой мировой), большого грузового отсека и откидной аппарели делало LVT отличным десантным кораблем. С началом войны стали выпускаться специальные варианты:
  • LVT-1, −2, −3. Небронированный транспортер в разных вариантах. Выпущено свыше 6000.
  • LVT-4 — удлиненный LVT-2 с бронированной кабиной. Построено свыше 8 тыс.
  • LVT(А)-1 Бронированный вариант LVT-2 c башней от легкого танка «Стюарт» и 2 пулеметами. 500 шт.
  • LVT(А)-2 Бронированный десантный вариант LVT-2. Вооружен парой пулеметов. Десант 30 чел. 450 шт.
  • LVT(А)-4 Вариант LVT(А)-1 с 75-мм гаубицей в башне и 2-3 пулеметами. Около 1900 шт.

LVT были незаменимы при высадках на тихоокеанские атоллы: коралловые рифы вокруг островов не дают нормально приблизиться даже катерам, а транспортеры успешно пересекали чередующиеся рифовые отмели и полосы глубокой воды. Поскольку таких препятствий в европейских водах не предвиделось, LVT там практически не использовались.