Клевета и диффамация

Не надо здесь реальной жизни! Особенность темы этой статьи в том, что её нельзя применить к реальной жизни. В реальной жизни нет, к примеру, объективного добра и зла, а вторжение в личную жизнь реальных людей выходит за рамки приличия. Пожалуйста, помещайте только вымышленные примеры.

«	Идут выборы раввина… С большим отрывом побеждает Абрам. Вдруг реплика из зала: — Евреи! Остановитесь! Разве вы не знаете, что у Абрама дочь — шлюха?! Голосование за Абрама проваливается. Абрам подходит к автору реплики Мойше: — Мойше! Но ведь мы с тобой много лет знакомы, мы дружим семьями, ты же прекрасно знаешь, что у меня только сын, а дочери нет! — А ты это теперь им объясни…	»

Клевета и диффамация близки к ложному обвинению, разница в том, что клеветник обращается не в правоохранительные органы, а к общественному мнению. Хотя иногда упорное очернение кого-либо может довести до суда Линча.

Родственный троп — чёрный пиар, а в предельном случае — кровавый навет.

Сложным образом соотносится с презумпцией невиновности, поскольку принципы «никто не считается совершившим неблаговидный поступок, пока не доказано обратное» и «никто, рассказавший о скверном поступке другого, не считается клеветником, пока не доказано обратное» равно логичны.

Примеры

Да миллион раз же было! Автор этой статьи уверен, что неоднократно видел примеры этого тропа, но не может вспомнить достаточное их количество. Может быть, вам придёт на ум ещё хотя бы парочка?

Театр

• «Севильский цирюльник» — Ария Дона Базилио посвящена сабжу.

Литература

Отечественная

• М. Ю. Лермонтов, «Герой нашего времени» — Печорин вызвал Грушницкого на дуэль за клевету на княжну Мери. Пограничный случай, поскольку обычно клеветой считают не просто ложь, а заведомую ложь, Грушницкий же мог искренне поверить в существование интимных отношений между Печориным и княжной из-за неверно интерпретированных им фактов.

Зарубежная

• Марк Твен, «Как меня выбирали в губернаторы» — ГГ снимает свою кандидатуру из-за шквала клеветнических обвинений в прессе.
• Альфонс Доде, «Набоб» — ГГ не может опровергнуть клевету в его адрес, так как высоко ставит честь семьи, а приписываемый ему неблаговидный поступок (содержание борделя) был в действительности совершен его братом.
• Фредерик Форсайт, «Абсолютная привилегия» — оклеветанный бизнесмен после общения со своим адвокатом убеждается в невозможности восстановления справедливости по закону, и наносит симметричный ответный удар, опорочив журналиста через конкурирующие издания.
• Ян Экхольм, «Тутта Карлссон Первая и Единственная, Людвиг Четырнадцатый и другие» — честный лисёнок Людвиг и его вороватый брат Лабан встретили зайчат с пакетом медовых пряников, и Лабан обманом выманил у них его. Людвиг тайно забрал у брата пряники и вернул их, но наладить отношения с зайцами не получилось. А вскоре молва превратила один отнятый и потом возвращённый пакет последовательно в «два мешка медовых пряников», «три воза медовых пряников», «четыре горы медовых пряников». Но главное — в махинации с пряниками обвинили Людвига, а Ёжик, про которого Людвиг полагал «ещё маленький, но уже мудрый», в это поверил.

Комиксы

• «Человек-паук»: редактор вымышленной нью-йоркской газеты «The Daily Bugle» Джей Джона Джеймсон враждебен ГГ и старается его опорочить, в том числе путём клеветы.